— Давай ты, ты в каске и броне.

— Не броня делает человека, а человек броню, — ответил я и пошёл к мужичку.

Странно, но он не замечал нас, хотя мы светили ему в лицо, всё перемазанное грязью. Человек был одет в чёрную футболку и светлые джинсы, с грязевыми подтёками по всей длине, говорят, сейчас такие модные, особенно под определёнными кустами.

— Вика, — позвал я в рацию.

— Ты что, позывные забыл? — спросила она.

— У тебя в машине ещё сода есть с водой? Мы, походу, его нашли.

— Поздравляю, я уже наверху. Работайте братья!

Подкрадываться было незачем. Я взял браслеты за одну из дужек и, подойдя к бешенному азиату, с силой ударил дужкой по руке, которая была у того на голове. Дужка ловко застегнулась на запястье, и тут он меня заметил. Вскочив, он рванул на меня, но я дёрнул за наручники, и это развернуло его вокруг своей оси, а плечевой сустав неприятно так хрустнул. Оказавшись сзади, я взял человека за корпус и, «выдернув» его вверх, чтобы уронить перед собой, как учили в незабвенном самбо ещё в прошлой жизни. Охотясь за его второй рукой, я оказался на нём сверху, а без пяти минут задержанный барахтался на полу. О чистых коленях можно было забыть, но я боролся за овладение укушенной рукой. Правая же рука мужичка покинула плечевой сустав, однако ему было всё равно: он рычал, грыз землю, пытался развернуться. И ничего не выдавала в нём того, кто еще пол минуты назад говорил человеческим голосом.

Наконец офицер одумался и пришёл ко мне на помощь, убрав Макаров, он тоже схватил человека за руку и поволок её ему за спину, но тот извернулся и вцепился младлею в икроножную мышцу. Впрочем, всё было не зря, ведь вторая рука уже была у меня в браслетах.

Офицер взвыл, выдёргивая ногу из челюстей самоеда. Но удалось это лишь частично — клочок штанины остался в зубах навсегда. А задержанный вдруг зарычал совсем по звериному.

— За-е-бись. Осталось определить, собака у кинологов какого пола. Потому как у нас есть для неё заряженный суженый, — произнёс я, поднимая человека в милицейском захвате, на всякий случай, свободной рукой приподнимая ему голову и отворачивая его от себя. Вряд ли он что-то чистое с земли ел. — Младлей, ткни у меня на груди кнопку рации, нам нужна скорая сюда.

— Да он меня лишь царапнул, только брюки порвал, — выдал офицер.

— Да не тебе, а ему. Это наркоприход, похоже, плюс вывих плеча, — произнёс я, делая первые шаги с рычащим задержанным.

— Хорошо, — произнёс офицер, набирая на телефоне номер напарника.

И я повёл одержимого в сторону автомобилей. Поражаюсь, как он в собачей форме так ловко управлял машиной. Сидел, рулил и чесался задней лапой. Обуви на человеке, кстати, не было. Маугли, блин. И перед моим внутренним взором предстала картинка, как взращённый волками парень подходит к пантере и спрашивает её: