Вылив всё как можно обширнее и чтобы не быть самому охваченным огнём, я отбежал к лужице, открыл коробок, вытащив одну спичку и, поджигая всю коробку, бросил её в лужицу бензина.
Огонь побежал по дорожке быстро, а я уже убегал, как за моей спиной полыхнуло.
И почти сразу же что-то громыхнуло, а асфальт под моими ногами брызнул осколками камней.
«Ссука, да по мне стреляют!» — подумал я и рванул в полуприсяде, прячась за машинами, уходя тем же путём, каким и пришёл, а выстрелы за моей спиной дырявили тачки, били стёкла припаркованных машин, и всё мимо меня. Стреляли из чего-то недальнобойного — походу, пистолет или даже несколько. Стреляли откуда-то сверху, судя по тому, что первая пуля прилетела возле ног. И, завернув за мусорный бак, выкинув туда пакет из «ОЗОНа», я взялся за «Стечкин», греющийся об мои полузадия за моей спиной. Решая: принять бой или отступить?
И тут машина полыхнула с новой силой, походу это огонь добрался до горючих жидкостей. Во дворе же стояла дискотека из десятков мигающих и кричащих машин. Сейчас народ выбежит тушить, сейчас вызовут пожарную службу, сейчас приедут мои коллеги на выстрелы.
А я, вспоминая, был ли пункт в задании «охранять костёр до появления углей», обнаружил, что всё ещё болит голова после добиваний Саши, и единственный тактический манёвр, который я мог себе сейчас позволить, — это отступление.
Выстрелов больше не было, а я рванул прочь, пользуясь мерцающим полумраком, добежал до железной дороги и, перейдя через неё, снял с себя маску и перчатки и пошёл в сторону дома.
Задача была вроде как выполнена, и дико хотелось спать, ведь завтра еще разговаривать, как бы сказала молодёжь, с токсичным начальством. И, прибыв домой, я первым делом снова залез в душ, смывая с себя запахи бензина и пот быстрого отступления. Точно, надо ещё завести стиральную машинку с сушилкой, как у Иры.
Спрятав оружие в подпол, я расстелился на новом матрасе, на новой кровати, с новым постельным, на новой подушке и постарался перевернуть страницу этого дня.
Проснувшись по будильнику в 8:00, я первым делом пошёл на кухню, налил коту воды и досыпал корма. Рыжика не было, видимо, шарится где-то по своим кошачьим делам. Сходил в туалет, почистил зубы, надел форму, взял удостоверение, жетон, карточки на оружие и, выйдя на улицу, проверил ящик. Сегодня тут было пусто. И пошёл в отдел пешим. Тут, во-первых, недалеко, а во-вторых, ходьба полезна. Надо будет ещё, как у Лёхи, милдронат с фенотропилом купить и закидываться по утрам.
И вот, войдя в роту, я дежурно со всеми поздоровался. Но руку жать никому не стал. Ибо они были хмуры, словно грозовые тучи. Тут был ротный, секретарь и командир другого взвода, старший лейтенант Димокрик Дмитрий Дмитриевич (кругленький, невысокий, по-моему, перевёлся к нам откуда-то с Северов), куда я выходил сегодня на замену.