Я обернулся, чтобы ещё раз проверить, где мой «напарник». Его фонарь всё так же скользил по кустам у самого края частных территорий.

Впереди, из темноты, выплыли контуры строений, возможно, старого причала. Старого и покосившегося.

— 323, 722. Я возле причала. Тебя не вижу, — доложил я в рацию.

— 722, я подхожу к тебе. Вижу ваши огни, — ответила Вика.

И через полминуты в проёме между домами показалась её фигура в каске и броне, с автоматом. Она подошла, кивнула мне, потом окинула взглядом причал и реку.

— Сзади чисто, — ответила она.

— Удрал, засланец, — пожал я плечами.

— Вижу, ты себе гайца выпросил, — посмотрела она на занятого разглядыванием кустов младлея.

— Ну да, со мной гуляет.

— Скорей бы отбой, — проговорила Вика. — Я на ужине не была ещё. Слышала, ты в массовой драке поучаствовал.

— Я не хотел, мне приказали.

— Как твой водитель?

— Работает. С него главное — глаз не спускать, — ответил я.

— Вот как докладывать, что тут никого? Он же куда-то должен был деться, — осмотрелась Вика.

— У меня тоже чисто, — произнёс её третий, выходя к нам из-за причала, и предложил дельную мысль: — Сюда бы собаку да от машины его пройтись.

— Курган, 722, — вызвал я.

— Тут низина, тебя не услышит, надо через экипаж, — подсказала Вика.

— 322, 722? — позвал я.

— Да, — взял рацию Бахматский.

— Запроси Кургана, скажи, что сюда бы дежурного кинолога, чтоб от машины пройтись по местности.

— Понято, — ответил Бахматский и слово в слово озвучил мои слова по рации, вызвав РОВД.

— Так, ждите, свяжусь с питомником, — ответили с РОВД.

— Курган, 512. Мы на районе, можем проехать к охране и ГАИ.

— Удивлён, что вы ещё не там. Конечно, давайте, — распорядился дежурный.

— 322, 722, скажи Кургану, что мы возвращаемся к машинам и ожидаем кинологов, — проговорил я в рацию.

— И мы тогда. Удачи с собаками, — махнула рукой Вика и вместе со своим третьим пошла назад.

— Младлей! Погнали назад, сейчас кинологи прибудут, — громко позвал я. Но фигура офицера подняла левую руку и поманила меня к себе.

И я, подойдя, услышал тихое:

— Смотри!..

В лучах вспышки офицерского мобильника под кустом сидел мужчина, он накрыл голову своими руками и шептал одну единственную фразу: «Меня тут нет, меня тут нет, всё не реально!»

— За-е-бись, — прошептал я. — Младлей, сам будешь шизика брать?

— У меня наручники в машине, — произнёс он.

— Держи мои, — улыбнулся я, протягивая младлею браслеты, дополнив фразой: — А прививка от бешенства с собой?

Меня могли бы обвинить в тупости моих шуток, но мужик восточной внешности убрал с головы одну руку и укусил её, ну как укусил — совершал над ней много маленьких жевательных движений челюстью. Буквально грыз свою руку, не до крови, хотя, возможно, с таким темпом оставалось совсем немного до.