— Во исполнение постановления ГКО наш наркомат третьего числа издал соответствующий приказ, — продолжал директор. — Там всё написано очень жестко, и сроки поставлены самые кратчайшие. Но это тебе, в общем-то, и не надо знать во всех подробностях, при необходимости ознакомишься в своей секретной части. Но, как сам понимаешь, выполнение любых планов напрямую зависит от наличия рабочих рук. А с этим огромная проблема. На заводе почти все кто есть, живут в палатках да землянках. Надо форсировать восстановление разрушенного жилья и строить новое.

Василий Сергеевич достал из папки еще какую-то справку, быстро просмотрел её и продолжил:

— В эвакуацию отправилось почти три тысячи рабочих и служащих завода, около тысячи ушло на фронт. Почти полторы тысячи погибло во время бомбежек, четыреста человек оставались в цехах до последнего. Большинство из них погибли. Мы совершенно не знаем о судьбе нескольких сотен наших товарищей, они, вероятно, тоже погибли. Сейчас на заводе трудится немного больше тысячи человек. Люди, конечно, прибывают каждый день, но это в основном те, кто не имеет заводских специальностей. Перспективы возвращения опытных кадров крайне туманные, хотя каждый день получаем пачки писем от эвакуированных с просьбами помочь вернуться. На тысячу девятьсот сорок третий год восстановление завода профинансировано более чем достаточно, нам обещана материальная и кадровая помощь. В ближайшие недели Наркомат строительства должен будет организовать Особую строительно-монтажную часть номер двадцать пять, которая и должна будет выполнить основной объем работ по восстановлению. Но это будет не завтра, и разворачиваться она будет не один день. А самое главное, её будущих служащих совершенно негде размещать. Нам обещано направление к нам спецконтингента и пленных, но кадровую проблему это не решит. К станкам их не поставишь. Как воздух нужно хорошее жилье, тогда появятся шансы набрать более-менее приличные кадры, которых хотя бы можно будет быстро обучить. С этим всем, — Шачин постучал пальцем по папке, — ты можешь тоже при необходимости ознакомиться в своей секретной части.

Василий Сергеевич встал из-за стола и нервно прошелся по кабинету. Затем он быстро вышел из кабинета и почти тут же вернулся.

— Распорядился чаю принести, — пояснил он, снова садясь за стол и сдвигая на край лежащие перед ним папки с документами.

— Без решения кадровой проблемы все планы восстановления производства и на нашем заводе, и в целом в Сталинграде обречены на провал. Некоторые мне заявляют, что государство выделило достаточно средств, и поэтому волноваться нечего. Они наивно полагают, что таким путем можно решить любую проблему. При текущем положении дел мы гарантированно провалим все сроки программы возрождения Сталинграда, а отвечать за это придется персонально.