— Что ты имеешь ввиду, — прищурился офицер. — Ты что-то знаешь?
— Нет! — помотал головой Марсель. — Но мне кажется, что правительственный лагерь не будет лучшим местом для жизни. В особенности, когда в нем соберется много беженцев.
— Ладно, — кивнул Лагранж. — Я подумаю.
Двое скрепили соглашение рукопожатием, и вскоре майор вместе с адъютантом вернулись к своему автомобилю. Кортеж уехал, распихивая в стороны автомобили и давя зомби. Когда они ехали, парень ерзал на месте, то и дело бросая взгляды на задумчивого майора. Лагранж вскоре обратил на это внимание и, выдохнув, проговорил:
— Спрашивай.
— Сэр, и мы уедем просто так? — сразу же выпалил адъютант. — С пустыми руками?
— Сержант, ты знаешь, когда политик лжет? — спросил майор через полминуты.
— Нет, сэр! — честно ответил молодой солдат.
— Его губы шевелятся, — проговорил Лагранж и вскоре добавил. — С этим Марселем нелегко иметь дело. Пусть с ним болтают такие же лисы, как и он. Я — простой солдат и не могу справиться с его бойким языком.
— Но он же простой гражданский! — не согласился адъютант. — А мы — военные. Он не имеет права нам отказывать!
— Патрик, — еще раз с шумом сделал выдох майор. — Этот Марсель моложе тебя, а уже понял суть происходящего. Прежние правила и законы, написанные на бумаге, сейчас не работают. Сейчас мы находимся практически в равном положении. Теперь каждый наш шаг должен быть логически обоснованным. Что бы мы не делали, мы должны стоять на моральной высоте, чтобы окружающие люди спокойно приняли наши действия. Иначе это приведет к гражданскому бунту. В нынешнее время мы должны следовать не букве закона, а его духу. Для чего нужны военные? Чтобы защищать граждан. Марсель и его группа вполне хорошо справляются и не нуждаются в нашей помощи. Я не могу им ее навязывать.
Двое какое-то время помолчали. Видя, что адъютант не вполне успокоился, Лагранж продолжил.
— Или ты хотел силой принудить их к содействию? — спросил он, прямо глядя на молодого человека. — Тогда мы должны были пойти против морали и сражаться не с зомби, а со своим собственным народом. Если мы — военные, станем беззаконными, кто запретит гражданским защищать себя от нас? Тем более, что даже пожелай мы их принудить к сотрудничеству, у нашего отряда недостаточно сил для этого.
В конце концов, Патрик успокоился. Но через некоторое время вспомнил что-то и спросил:
— Сэр, а о чем Вы говорили с этим Марселем наедине?
— Он предлагал мне свою поддержку, если в правительственном лагере я столкнусь со сложностями, — не стал скрывать майор. — Мне и тем людям, которых я приведу с собой.