— Немедленно прекратите огонь и сложите оружие! — прозвучал голос офицера через мегафон. — Вы все совершаете государственное преступление! Вас отправят под суд и на расстрел! Немедленно прекратите огонь!
Стрельба действительно начала постепенно стихать. Однако, не из-за слов офицера, а из-за того, что в густом дыму было сложно целиться. Военный не знал, что бойцы Седьмого неба даже бровью не повели на его слова. Система мониторинга была не для красного словца. Она косвенно выявляла лояльность бойцов лагерю, и нестабильный элемент никогда не смог бы войти в состав Элитной Бригады. Если бы на месте Бригады была сборная солянка из обычных наемников, то угроза государственного преступления могла повлиять на их настроение и боеспособность, но военные встретились совсем не с обычными наемниками. Поэтому реальность сильно отличалась от того, что напридумывал себе офицер. Но его слова, к сожалению, повлияли и на его отряд, солдаты также подумали, что другая сторона сдается, поэтому также стали меньше стрелять, ожидая дальнейших приказов.
Двадцать специальных бойцов, среди которых были бывшие военные и полицейские, в это время передвигалась в дыму, как по чистому пространству. Время от времени они встречали на своем пути солдат, которых вырубали дозой релаксанта и оттаскивали в сторону. Таким образом была очищена небольшая дорога к БТР, экипаж которого покинул машину. Спец-бойцы подошли к БТР, вкололи потерявшим сознание членам экипажа релаксант, брызнули в машину реагентом, немного уменьшающим тошнотворный запах, загрузили экипаж внутрь, как мешки с песком, затем один из бойцов, не снимая очков, сел на место водителя-механика. В его очках пунктирной линией и стрелкой был обозначен безопасный маршрут.
Двигатель, сойдя с холостых оборотов, стал работать немного громче, и бронетранспортер медленно поехал вдоль по улице. Вскоре он оказался за пределами дымовой завесы, водитель снял очки и открыл смотровое окно, дальше двигаясь, используя собственные глаза, которые были слегка красными из-за щипания в них. Жидкость была слишком ядреной. Даже противогаз спасал не полностью. Оставшиеся девятнадцать бойцов подхватили некоторых усыпленных солдат, вынесли их из тумана и передали товарищам, затем отправились на другую улицу, чтобы разобраться со следующим БТР.
Местность была все еще слишком задымленной, армейские джипы пришли в полную негодность из-за отсутствия экипажа и невозможности подступить к ним. Не у всех солдат были противогазы на такой случай. БТР также теперь были бесполезны, и полковник, командовавший операцией, не понимал, что ему делать дальше. Противники перестали стрелять, но с ним так никто и не начал вести переговоры. Он не знал, что по краю дымовой завесы, а также в тылу батальона действовали ниндзя и другие опытные бойцы, усыпляющие солдат одного за другим. В предыдущей операции работали только ниндзя, так как их противники имели отличные навыки и были импмэнами, а в этом батальоне солдат импмэнов набралось едва ли пару десятков. Включая убитых ранее, группа уже потеряла одну роту солдат. Офицер в это время связался со своим начальством.