Я обязательно их найду. А пока не нашел, придется ходить с этим куском хлама на дедушкином ремешке.
Пристегнувшись, я перевожу глаза на дорогу и что-то замечаю. Подъехав ближе, вижу фигуру, бегущую по обочине, с хвостом светлых волос, в черной куртке и неоново-синих кроссовках. Ошибки быть не может. Да вы надо мной издеваетесь! Вашу ж мать.
Свет моих фар озаряет спину сестренки. Она резко оборачивается, замечая, что на этой дороге она не одна. Я делаю музыку потише.
Когда она понимает, что это я, ее лицо расслабляется, и она преспокойно бежит дальше, не снимая своих гребаных наушников. Отлично ты заботишься о своей безопасности, Энни .
Притормозив, я опускаю окно со стороны пассажирского сиденья и подъезжаю к ней.
— Знаешь, как ты выглядишь? — Исполненный злости, я наклоняюсь к окну, крепко сжимая ладонью руль. — Как приманка для серийного убийцы!
Беззвучно рассмеявшись, она качает головой и ускоряется, заставляя меня сделать то же самое.
— А ты не думал о том, где мы сейчас? — заявляет она. — На дороге из Тандер-Бей в Фэлконс Уэлл. На ней никогда никого нет. Я в порядке. — Она поднимает брови. — А ты разговариваешь со мной точно так же, как папа.
Я брезгливо морщусь.
— Во-первых, как минимум на этой дороге естья́, так что она уже не пустая. Во-вторых, не надо упрекать меня в излишней предосторожности только потому, что ты единственная глупышка, которая додумалась устроить пробежку посреди ночи у черта на куличиках, а я не хочу, чтобы тебя изнасиловали и убили. И, в-третьих, твое замечание неуместно. Я не веду себя как отец, так что не надо больше бросаться такими фразами в мой адрес. Это неприятно. — Затем я кричу: — А теперь залезай в чертову машину.
Она снова отрицательно качает головой. Энни любит дразнить меня. Прямо как Райен.
Энни — моя единственная сестра, а братьев у нас нет. И если не брать в расчет мои далеко не блестящие отношения с отцом, мы с ней неплохо ладим.
Тяжело дыша, она бежит дальше, и я обращаю внимание, что у нее впалые щеки и появились мешки под глазами. Желание продолжить читать морали никуда не исчезло, но я принимаю решение его попридержать. Она так много трудится и едва успевает спать.
— Давай-давай, — говорю я ей с растущим нетерпением. — Серьезно, у меня нет на это времени.
— А что ты здесь делаешь?
Я бросаю взгляд на дорогу, чтобы убедиться, что все еще с нее не съехал.
— Сегодня ночью этот дурацкий квест. Мне надо там появиться. А вот ты почему не в парке, на хорошо освещенной дорожке, в поле зрения еще пары десятков таких же бегунов? А?
— Перестань со мной нянчиться.