А скорость стражей и его умение плести интриги не хуже заговорщиков — залогом того, что свадьба через несколько дней завершиться победой во всех смыслах.
Дальше события развивались с запланированной скоростью. И он успел все подготовить и предусмотреть…
Кроме одного… что Галлар, который должен был неотступно находиться рядом с Марой притащит её на церемонию!
В этом был свой резон, конечно. С учетом того, что она отправилась к его особняку и об этом могли бы донести — следящему едва успели закрыть рот — или же Мара и дальше предприняла какие попытки. Как сказал его друг, в эпицентре бури гораздо безопаснее, чем на её краю — и пусть она лучше все увидит и сама будет под их присмотром, чем где-то… Но это не помешало Эрендареллу высказаться, что он думает о подобном решении. И если бы его руки не были заняты упавшей в обморок девушкой, еще и подправил бы ехидную улыбку стража.
Но теперь, когда всё, наконец, встало на свои места — на время, конечно, в дни Зрелости не судили и не казнили — он может хоть на какое-то время почувствовать себя просто мужчиной.
Который женится на своей женщине.
Рука Мары подрагивала, когда они шли по проходу к Чаше. Или это его пальцы дрожали? Она выглядела настолько притягательной в цветах его рода, взволнованная, проведшая ночь вдали от него — опять у вдовы, которую Себастиан уже начинал тихо ненавидеть — и что-то защемило в груди. Захотелось стать невидимкой и спрятаться от этих чувств.
А потом девушка несмело улыбнулась ему и он ощутил, как его окатывает теплым счастьем.
Они шли бесконечно долго. Ему бы хватило наглости сделать церемонию побыстрее и подальше от столицы, в простом деревенском Доме, но мэсси Шайн следовало сразу становиться Марой вэй-ган Эрендарелл, привыкать находиться среди придворных и в центре их внимания.
Тех набилось — после всех событий, которые станут наиважнейшим предметом обсуждения в ближайший год — едва ли не больше, чем накануне. Всем хотелось посмотреть, кто же она такая… простолюдинка, заполучившая самого вэй-гана. Слухи об их истории ходили разные, но он уже позаботился о том, чтобы они постепенно сформировались в нужные… и практически правдивые. Не по его статусу было объясняться, но благородные родА должны были понять: Мара — его ценность.
Конечно, он не тешил себя надеждой, что двор примет ее безоговорочно. Хоть и предполагал, что многие разумные вэи разглядят в ней то, что он сам осознал, но не сразу — внутреннее, а не по рождению, благородство.
Но он научит ее отвечать на их поддевки. Давать сдачи. Выступит поддержкой и поможет сформировать новое отношение. Напугает самых ретивых или начнет их игнорировать… В любом случае, матери будущего вэй-гана никто бы не посмел указать на дверь во всех смыслах.