Магазин закончился разительно быстро. Сильно быстрее, чем мне хотелось. Сбросив пустой прямо под ноги, я рванул из подсумка полный, воткнул его в гнездо приемника… Очередь! Очередь! Очередь!

Ночь заполнилась глухим рычанием, воем раненых тварей и грязной руганью людей. Тварей становилось все больше, и я начал нервничать. Несмотря на то, что все свободное пространство было завалено трупами падальщиков, из темноты появлялись все новые и новые хищники. Да когда же вы закончитесь, блин?

— Сытый! — крикнул кто-то за спиной. Я бросил взгляд через плечо, выругался, разворачиваясь в ту сторону, но было поздно.

Подрывника атаковали сразу две твари. Отпрянув назад, он сошел с тропы — и в тот же момент откуда-то сверху рванулась быстрая и гибкая, толстая лиана. Ударив Сытого в спину, она пробила подрывника насковзь, вышла из живота, и, обвив за грудь, одним рывком утазила в заросли. Из темноты донесся нечеловеческий вопль, полный боли и ужаса. Который, впрочем, практически тотчас же захлебнулся.

— Вперед, быстро! Уходим! — закричала Лиса, и сейчас я впервые услышал в ее голосе страх. Со всех сторон доносился шорох и треск, будто все деревья и кусты разом пришли в движение.

Мы пробудили Рощу.

— Гром, Антей, прикрывайте! — донеслось откуда-то спереди.

Я пропустил мимо Шило и Ворона (хотя поелсднему так и подмывало поставить подножку), вскинул оружие и открыл шквальный огонь по зарослям, в которых мелькали лохматые спины. Рядом грохотал пулемет Грома. Отстреляв магазин, я перезарядился, хлопнул здоровяка по плечу, и, убедившись, что привлек его внимание, махнул рукой в направлении, в котором уже скрылась остальная часть отряда. Тот кивнул и рванул по тропинке. Я же продолжил вести огонь, держа чернозубов в отдалении. А откуда-то из глубины Рощи доносился треск и грохот, будто в нашу сторону, не разбирая дороги, ломилось что-то большое.

Дерьмо.

— Крою, — послышалось сзади, я развернулся и со всех ног рванул вперед. Справа в кустах что-то зашевелилось, Гром вскинул пулемет, и с.велирной точностью срезал чернозуба, уже приготовившегося броситься. Я укорился, спиной чувствуя, как позади весь лес приходит в движение. Проклятье!

Пробежав метров на двадцать дальше позиции Грома, уже я возвестил пулеметчику, что прикрываю. Тот ринулся по тропе, на ходу меняя короб, а я, подавив панику, принялся методично отстреливать тварей. Пыльца висела повсюду. Воздух был вязким, каждый вдох — как через песок. И чернозубы не отставали… Ворон, сука, ох и натворил ты дел…

— Сюда! — послышалось сзади.

Не став геройствовать, я бросился на звук. Пробежал метров пятьдесят, увидел впереди просвет между дверевяьтми и фигуры спутников. Черт подери, неужели мы прошли эту гребаную Рощу?