— Да не за что, — пожал я плечами. — Людей и так осталось мало, если мы еще и друг другу помогать перестанем, скоро вообще не останется.
— Правильная мысль, — пробормотал Гром. — Жаль только, что синтет понимает это получше людей… Некоторых…
Я поморщился, но спорить с Громом не стал. Что б он там обо мне ни думал, сам я ощущал себя человеком. Да, слегка улучшенным, да, с расширенными возможностями — но человеком. По крайней мере, у меня остались такие понятия, как долг, честь и совесть… По крайней мере, в том смысле, в котором я сам их понимал.
А вот то, что люди об этих понятиях стали забывать — это печально.
— Ладно, кончайте бухтеть. Давайте спать, — пробурчал Гром. — Лиса, заканчивай там и свет туши. Ночка впереди будет та еще. Хорошо бы успеть к станции выйти…
Лиса свернула карту, убрала коммуникатор в нагрудный карман и, поднявшись, выключила фонарь. Убежище погрузилось в темноту, скрипнул матрас под легким девичьим телом, а я так и остался сидеть, опираясь о стену и перебирая в голове невеселые мысли. Только скорчер из кобуры достал да на колени положил.
Так мне было как-то спокойнее. А сон… Посплю позже. Потом когда-нибудь. Кажется, мне это нужно меньше, чем остальным.
В путь собрались, когда уже стемнело. Я все-таки прикорнул на несколько часов, когда Гром, поднявшийся без будильника, свежий и бодрый, будто не четыре часа беспокойной дремы днем урвал, а проспал всю ночь в собственной кровати, благодарно мне кивнул и указал на матрас: поспи, мол. Много не понадобилось, и уже часа за три до выхода я сидел и перетряхивал оружие, патроны и снаряжение.
Вообще, конечно, как выяснилось, подготовился я хреново. Взять тот же респиратор… Мог бы и догадаться, что в мире, пережившем ядерную войну, противогаз лишним не будет. Хотя и Гром молодец… Мог бы и подсказать. Интересно, сколько еще таких моментов всплывет в ходе вылазки, и какой из них станет фатальным?
Народ собирался медленно. Гром подтягивал ремни разгрузки, Шило без особого энтузиазма жевал сухпай, Ворон просто сидел, уставившись в одну точку. После Рощи все выглядели так, будто вылезли из-под катка. Впрочем, можно сказать, что так оно и было.
Лиса разложила карту на старом деревянном ящике и включила коммуникатор. Холодное голубое свечение упало ей на лицо, выделив глаза и скулы.
— Пойдем вот так, — она провела пальцем по маршруту. — Здесь кварталы пустые, активность низкая обычно и далеко от объектов, интересных Эдему. Дальше пересечем промку, и выйдем практически к нужному сектору.
Говорила она спокойно, не повышая голос, но по тому, как Шило прекратил ковыряться в автомате, а Ворон даже голову поднял, было видно — слушают. У Лисы был редкий дар: если уж она что-то говорила про дорогу, спорить особо никто не хотел. Проводник все-таки. Ну, или почти никто.