Теперь Легбе нужно было завершить ритуал. Он подошёл к алтарю, его костлявые пальцы начали чертить в воздухе сложные теневые символы. Затем он взял в руки сердце Императора — то самое, что принёс ему Кощеев. Оно всё ещё слабо пульсировало, излучая мощную энергию.
Легба медленно поместил пульсирующее сердце на грудь Аиши. Оно погрузилось в её плоть, как в топкое болото, и исчезло, оставляя после себя лишь слабое свечение, которое тут же было поглощено сущностью Тени-Бастиона.
Затем он коснулся посохом её лба.
— Именем своим, как учитель этой души, я вверяю её теневым эманациям. Она теперь ваша, Госпожа Бастион.
В пещере раздался громкий, раскатистый хохот, от которого задрожали стены. Тело Аиши изогнулось дугой, из её горла вырвался нечеловеческий вой. Десятки, сотни Теней ворвались в неё из портала под ногами, и её тело начало раздуваться, искажаться, превращаясь в нечто чудовищное. Кожа лопалась, кости трещали, мышцы рвались. Тьма поглощала её, перестраивала, создавая новое, ужасное существо.
Кожа её почернела, покрылась хитиновыми пластинами. Руки и ноги вытянулись, превращаясь в многосуставчатые конечности, похожие на осадные башни, увенчанные острыми шпилями. Тело раздувалось, обрастая кривыми выростами, напоминающими полуразрушенные здания. На голове, вместо глаз, зияли два огромных, пульсирующих красным светом, теневых кристалла. Тёмная энергия клубилась вокруг неё, как ядовитый туман. А из спины выросли гигантские, зазубренная клешни, способные перекусить сталь.
Когда трансформация завершилась, перед Легбой стояло чудовище. Огромный теневой паук, напоминающий живой город, передвигающийся на восьми колоссальных ногах-башнях.
Тварь воплотилась.
— Ты выполнил своё обещание, Легба, — пророкотал голос, в котором слышалась мощь древней сущности. — А теперь укажи мне мою цель, чтобы я выполнила свою.
Госпожа Бастион сделала шаг, и земля под ней задрожала, покрываясь сетью тёмных трещин, из которых сочилась теневая энергия. Её красные глаза уставились на Легбу, ожидая приказа.
— Теперь укажи мне того, кого я должна сожрать, чтобы выполнить свою часть уговора, — потребовала Тень-Бастион.
Папа Легба злорадно усмехнулся. Вот теперь Вавилонскому придётся несладко!
Зимний дворец
Санкт-Петербург
Российская Империя
Алексей Николаевич Романов, без пяти минут Император всероссийский, стоял за кулисами, чувствуя, как предательски потеют ладони. Тяжёлая императорская мантия, подбитая горностаем, давила на плечи.
Гул толпы, доносившийся из огромного зала, напоминал рёв океана перед штормом.