За эти века от их действий пострадало, по самым скромным подсчётам, около семидесяти миллионов человек. Могло быть и больше.
Самые прекрасные мгновения для них были тогда, когда люди сами устраивали себе войны. В хаосе сражений, среди смертей и разрушений, Тени чувствовали себя как дома. Тысяча пропадёт или две — люди всегда списывали это на войну.
Но сейчас этот мир был почти готов. Настроен так, что он вот-вот должен был войти в полное соприкосновение с Теневым Планом.
— Архитектор, — продолжил Король, — сам по себе не представляет для нас слишком большой угрозы, пока он один и не набрал полную силу в этом мире. Но нам нужно торопиться, потому что он может позвать своих. Его Орден… Если они вмешаются, это усложнит нашу задачу. Отдалит нас от цели. Да, сильных врагов приятно поглощать, они дают много энергии. Но наша цель — ядро планеты. Захватим его — и завеса между этим миром и Теневым Планом рухнет. Навсегда. Этот мир — ключ, который позволит нам свободно выходить из тени в этой части Вселенной. Без преград и ограничений. Барьер между мирами в этой Вселенной падёт.
Он поднял свою теневую руку, и в ней вспыхнул чёрный огонь.
— А затем… затем Многомерную Вселенную ждёт много удивлений. Мы умеем ждать. Мы умеем действовать. Наш ресурс безграничен. Мы будем перемалывать всё, до чего сможем дотянуться. И становиться сильнее. Эта планета — лишь начало.
Чёрный огонь в его руке разгорелся ярче, освещая древние троны и застывшие на них тени.
Совет Тринадцати принял решение. Игра перешла на новый уровень.
Королевский Дворец
Бейрут, Ливан
Король Ливана, Хусейн аль-Хаким, с отвращением поморщился. За огромными панорамными окнами его кабинета виднелись руины некогда цветущего города — следы недавнего, опустошительного нападения Теней.
Четыре дня! Четыре проклятых дня его доблестная армия и наёмные отряды Одарённых выкорчёвывали эту теневую заразу из каждого подвала, из каждой щели. Потери были… колоссальными. Не столько в живой силе, сколько в деньгах. Каждый наёмник-Одарённый стоил целое состояние, а эти твари лезли пачками, забирая с собой на тот свет целые отряды.
Король Хусейн был человеком прагматичным. Он прекрасно понимал, что Тени — это не просто какая-то там местная нечисть, которую можно разогнать святой водой и молитвами. Это была глобальная проблема, которая с каждым годом становилась всё острее.
И если раньше Ливан, благодаря своему выгодному географическому положению и умелой дипломатии, мог откупаться от этой напасти, нанимая лучших бойцов со всего мира, то теперь ситуация изменилась. Теней стало слишком много. Они лезли отовсюду, как тараканы, и денег на их уничтожение уже просто не хватало.