– Вы мне неудобства не доставляете, – взял чашку, сделал глоток и снова уставился в айфон.
Она стоит. Настырная.
– Ну, как же, вчера вечером…
– Вчера вечером не было никакого неудобства. Поверьте. Забудьте об этом.
– И всё-таки, я прошу вас, в счёт зарплаты дать мне некоторую сумму…
Тут я слегка вспыхнул:
– Деньги нужно заработать, по-другому не будет. Оставайтесь здесь и не морочьте мне голову, – я отпил два глотка кофе, поставил чашку и пошёл на выход.
Думает, что я буду водить девок, а она всё это слушать. Но теперь я точно никого не приведу, зная, что у меня в квартире находится горничная. Это и хорошо, лишний раз не буду позволять себе вольности. Они сейчас совсем ни к чему. Я не готов жениться, заводить семью, детей. Ещё не время, может быть когда-нибудь, но не сейчас.
-–
Напоследок, скользнув по мне ледяным, серым взглядом Давид порывисто, словно не желая больше со мной говорить, поставил чашку, развернулся и направился к выходу.
Он удаляется, а я проследила за ним взглядом.
Нужно прекратить смотреть на него, чтобы не поддаться слабости, не начать думать, что он действительно хороший человек, как сказала Тамара. Может быть, она считает его хорошим или сейчас он стал таким, но не тогда.
Да что я вообще знаю, просто один момент, который был у нас двоих. Ошибочный, глупый момент, перевернувший мою жизнь, а у Давида в памяти не оставил и следа.
Что если этот человек – хороший и только я считаю его плохим?
Честно говоря, я рассчитывала, он сам предложит мне уйти и совсем не думала, что будет наоборот.
Значит, придётся зарабатывать деньги, чтобы снять квартиру. Этот так просто денег не даст. Спасибо, что не высказался по поводу моего здесь проживания.
Но как быть с тем фактом, что, скорее всего, он будет приходить с женщинами. Значит, мне придётся сидеть, как мышь, и не высовываться, а он будет тащить их к себе в спальню на второй этаж.
Я надеюсь, не будет сильно слышно, чем они там станут занимаются.
Открыл дверь машины, пропустил блондинку. Она уселась и демонстративно уставилась в окно.
Я рядом. Кинул взгляд на выглядывающие из-под юбки стройные ноги Альбины, и, щелкнув зубами, захлопнул дверь. Сказал водителю адрес.
Дальше можно было особо не разговаривать.
Она адрес не поправила, я не переспросил куда ей. Едем молча, думая каждый о своём. Я о том, как сделать так, чтобы подчинённая не ошиблась в значении этой поездки. Она, скорее всего, о грандиозных планах, которые возлагает на эту поездку.
Ну, а водила-таксист, настороженно смотрящий в зеркало то на меня, то на Альбину, в эти минуты решает, доставим мы ему проблемы или нет. Слишком тихо у нас тут на заднем.