Потом я снова попытался обнять Лизу за плечи, но она пугливо отошла.
– Ладно, я не буду тебя трогать, только пошли, зайдём. Нам нужно поговорить, – сказал я так, чтобы она не чувствовала во мне угрозу.
Лиза сдвинулась с места и, не глядя на меня, пошла к дому.
Я за ней.
Расстроенная странным поведением Давида, я вошла в прихожую. Мама выглянула из кухни, откуда за ней вырвался запах запечённого мяса.
– А Давид где? – поискала взглядом.
– Поехал к себе, – я разулась и направилась в комнату.
– Я же написала тебе смс, чтобы ты пригласила его на ужин. Я что, получается, зря старалась? – разочарованно вздохнула она.
– Не думаю, что он придёт, он чем-то озабочен. Сказал, что ему срочно нужно уехать, – заглянула я в кухню, посмотрела на стол. Действительно, мама расстаралась сегодня.
Получается, зря.
– Ну, началось, не успели порадоваться, теперь будет – туда-сюда, – недовольно прокомментировала мама.
– Что – туда-сюда? – нахмурилась я.
– Бегать. А ты вообще, хоть выяснила, может, он женат, а ты у него будешь в любовницах. Богачи они такие, прыткие, и жены у них живут хорошо, и любовницы на жизнь не жалуются, – мудрствует мама, а мне от этих высказываний не легче.
Подливает и подбрасывает сомнений.
– Мам, ну, что ты говоришь, себя послушай. Я же работала на него, я бы заметила, если бы он был женат.
– А может, его семья в Европе или в Америке, вообще в Австралии, откуда тебе знать, – отвечает сразу.
– Может быть, – пожала я плечом.
– А что это ты какая-то грустная? – только сейчас заметила мама, – ну, точно говорю, тут что-то не так. Подарками заваливает, чтобы мы лишних вопросов не задавали. Бдительность усыпляет, а сам…
Я не дослушала, пошла в комнату. Остановилась возле Ани, тихо сидящей у окна и читающей книгу.
– А папа не пришел? – удивлённо и немного грустно глянула она на меня.
– Нет, зайчик, он сегодня занят, работает, – положила ладонь дочери на голову, погладила её волосы… и вдруг как будто прозрела.
Я поняла. Всё поняла. Ещё раз погладила Аню по голове. Легонько дернула за волосы.
– Ай, мама! – возмущённо обернулась она.
– Ничего, зайчик, ничего, – почухала её в месте, где вырвала несколько волосков.
-–
Конечно, никуда ехать мне не нужно. Но зато надо хорошо подумать. А что тут думать, просто сделать тест.
Не рановато я бросился признавать свою дочь, а если она и правда – не моя?
И что это меняет?
Даже если действительно так, что может поменяться между мной и Лизой? Я как хотел её, так и хочу. Только осознание, что Аня может быть и не моей дочерью, а вообще неизвестно чьей, серьёзно угнетает.