– Какое – такое? Нужно называть вещи своими именами, я уже и завещание подписала сегодня, приходил мой юрист.
Давид серьёзно глянул на Тамару.
– Я ничего не хочу об этом знать.
– Ладно, как хочешь, – пожала она плечом, – пусть это будет сюрпризом, для вас для всех.
Ещё пару минут мы потоптались.
– Ладно, идите, займитесь чем-то более полезным. Нечего вам тут с бабкой тусоваться.
– Нам не тяжело, – усмехнулась я, пытаясь поддержать её шутливое настроение, опять же, не хочется показаться безучастной, потому что настроение Давида давно испортилось. Он уже какое-то время думает о чем-то другом. И в этом виновата не Тамара.
Тогда кто?
Если я, хочется узнать в самое ближайшее время, что случилось.
Из палаты мы идём по коридору немного порознь, как и сюда пришли. До этого он без конца брал меня за руку, а тут вдруг перестал.
Что происходит?
Прошли стеклянную дверь, вышли на широкое больничное крыльцо, здесь я остановилась.
– Что-то случилось? – повернулась к нему.
– Нет, с чего ты взяла, – сказал Давид, сосредоточенно глядя в сторону.
– Ты какой-то серьёзный стал.
– Мне нужно уехать, – вдруг сказал, как будто вот только сейчас это решил.
А я почувствовала в его словах внезапный холод.
– Если нужно, езжай, – ответила я.
Мы сели в машину и в полной тишине доехали до моего дома. Остановились у подъезда. Вышли из машины. Давид протянул мне ключи.
– Возьми, передай своей маме. Я вызову такси.
Смотрю на него и не знаю, что говорить.
– Ну, всё, иди, – сказал спокойно, даже равнодушно.
Я нерешительно повернулась, сделала два шага.
– Подожди, – услышала.
Обернулась. Он подошел, обнял меня, прижал к себе, как будто прощается, видимо, так и есть. А потом оттолкнул.
– Всё, иди.
Заказав по гамбургеру и напиткам, я оставил Лизу ожидать заказа за столиком, а сам пошел вымыть руки. Стою, плескаю воду, оцениваю свою физиономию в зеркале, тут открывается дверь и, так как зона для мытья рук общественная, то и зайти сюда может любой человек.
Входит девушка, та самая, которая Лизе махала рукой. Мне её лицо показалось очень знакомым. Но знакомо из прошлого, точно не из настоящего.
– Привет, Давид, – подошла она к другому рукомойнику, протянула руки, вода полилась на её ладони.
– Привет. Мы знакомы? – спрашиваю, переводя взгляд на её лицо в зеркале, но сразу предполагаю, что знакомы, иначе, зачем ей называть меня по имени.
Какая она была тогда, остаётся только догадываться. Сейчас – искусственное лицо со всеми атрибутами искусственности. Глаза, губы, волосы, – всё тюнингованное до такой степени, что и хотел бы узнать, не узнал бы. Длинные серебристые ногти. Приторно пьянящие ароматы духов. Дорогая, гламурная курточка. Обтягивающая тонкие бёдра юбка. Дальше лакированные сапожки на высоченных каблуках, ещё немного и кажется, девица сейчас затанцует вокруг меня и начнёт показывать стриптиз… Только такая ассоциация у меня с её внешним видом.