– Никуда не уйду, – глажу её по голове, успокаиваю.
– Ты останешься с нами?
– Да, я останусь. Обещаю, – говорю и понимаю, так и будет.
– И вы с мамой будете вместе? – стискивает мою шею, прижимаясь щекой к моей щеке.
– Мы будем вместе, – киваю, бросая взгляд на Лизу.
Она закрыла лицо ладонями, а её мама взволнованно прижала руки к груди.
Вся эта ситуация проникает в мой мозг и производит там новую работу, преображает, вносит изменения. Слёзы малышки проникают мне в душу, словно оттаивают, топят холодную, годами замороженную глыбу.
Вот они, новые люди в моей новой жизни. Понятно, что после сегодняшнего дня и этой встречи моя жизнь поменяется. Кардинально или нет, будет зависеть от них. Значит, теперь будем жить по-новому, не так, как раньше.
Теперь у меня появилось то, что называется – семья.
Получается, я не только встретил Лизу, узнал Аню, но получил прицепом маму Светлану.
– Да, я никуда не уйду, буду очень стараться, – глянул в глаза Светлане, и она со слезами на глазах кивнула.
Сейчас я должен понравиться ей, чтобы в её лице приобрести не врага, а друга. Она – самое трудное звено в этой цепочке. Она должна поверить в меня больше других.
– А пойдем, я покажу тебе свою комнату, – вдруг сказала Аня, взяла меня за руку и потянула.
Я снова повернулся к Лизе, словно спрашивая разрешения. Она улыбнулась и одобрительно кивнула, тогда я встал, пошел за дочерью.
– Смотри, вот тут мы с мамой живём, – ещё по дороге начала рассказывать Аня.
Мы вошли в маленькую комнату, даже меньше, чем моя кладовка для горничных.
– Вот, мои игрушки, – Аня открыла шкаф, там одну полочку занимают её куколки и собачки.
Честно, я удивлён. Думал, у маленьких детей должно быть больше игрушек, во много раз больше. Целая комната, наполненная игрушками. Они должны быть везде. Тут всего одна аккуратная полочка. Я сел на стул у стола.
– Папа, а почему ты так долго не приходил, я ведь ждала тебя? – вдруг посмотрела на меня дочь.
Я смутился, в первый раз меня кто-то назвал папой. Необычно и приятно.
– Просто я не знал о тебе, – ответил совершенно искренне.
– Разве так бывает, – малышка посмотрела мне в глаза, и я почувствовал страшную, свою невосполнимую вину перед этим ребёнком.
– Иногда бывает, – отвечаю, а она подошла, обхватила меня за шею, прижалась.
– Прошу тебя, больше никогда не исчезай, – прошептала.
– Не буду, – я положил ладонь ей на голову и повторил, – не буду исчезать.
Взволнованно вздохнув, Лиза окинула меня взглядом с ног до головы. Словно оценивая, достаточно ли хорошо выгляжу, чтобы представить меня дочери.