– Здравствуй, Давид.
– Можно с тобой поговорить? – его взгляд переместился на мои губы, гипнотизирует, замирает, сдвинуться с места не может.
– Можно, только недолго, я очень устала, а завтра опять на работу, – прикусываю губу, поджимаю.
– Да, понимаю. Может, сядем в машину? – указал на стоящий недалеко внедорожник.
Действительно, чего стоять, если можно сесть и вытянуть уставшие ноги. Всё равно поговорить с ним придётся. Так чего упираться.
– Хорошо, – я неторопливо пошла к машине.
Подошла, открыла дверь, села на пассажирское сиденье. Как тут хорошо, комфортно. В такой машине можно отдыхать, если она находится в движении. А в той, в которой нас возит Лёша, приходится сидеть в тесноте и ноги не протянуть. Никакого отдыха и, тем более, удовольствия.
Давид сел рядом, на водительское. Салон сразу наполнился чем-то притягательным и обволакивающим, гипнотическим теперь для меня, но я ни в коем случае не должна этого показывать.
– Слушаю? – говорю серьёзно, нетерпеливо.
Хоть мне и приятен его визит, и комфорт автомобиля, но усталость сильнее. Тем более, когда знаешь, что время отдыха ограничено, а завтра снова за работу.
Повернулась, жду, что же скажет Давид.
– Тут такое дело, я хотел предложить тебе кое-что, – мнётся, в глаза не смотрит.
Вижу его неловкость, чувствую неуверенность в голосе. И сама волнуюсь. Интересно, что именно он собирается предложить? Ворох разных предположений тут же занял мысли.
– Что именно? – вопросительно глянула.
Давид повернул голову, стал осматривать моё лицо и волосы странным, непривычным взглядом. Словно видит меня в первый раз и как будто увиденное приводит его в состояние скрытого восторга. Это только в его глазах, только там, за их бесконечной, серой пеленой.
– Ты не хотела бы встречаться со мной? – произносит, глядя мне в глаза.
– Что? – не поняла я вопроса, смутилась и покачала головой.
Он перестал смотреть на меня, повернулся, посмотрел в темноту двора перед лобовым стеклом. Снова сосредоточился и выдал:
– Чтобы мы с тобой встречались, раз или два в неделю. Ну, ты понимаешь… как мужчина и женщина.
Чего-чего, а такого предложения я точно не ждала. Отдернула взгляд от лица Давида, так же, как и он, уставилась в темноту ночи.
– Почему ты решил спросить об этом меня? – спрашиваю, зависнув в состоянии неверия.
– Потому что это полезно, – ответ вообще не в точку.
Совсем некстати. Чужеродно мне и, кажется, ему тоже, но он почему-то всё равно это произносит.
– Ты серьёзно или шутишь? – нахмурилась и снова глянула ему в лицо.
Это может быть только розыгрыш и ничего больше. Такое предложение, оно просто оскорбительно. Только почему-то Давид этого совсем не ощущает. Как можно быть таким непроницательным и грубым. Повернулся ко мне, на лице ни тени улыбки, иронии или сарказма. Да, он совсем не шутит.