Находил среди своих крепостных умненьких мальчиков и девочек и пристраивал их учиться, десятками каждый месяц отправлял на стажировки в Европу инженеров и работяг, пятерых умников отправил к Джо в Нью-Йорк.
Первого декабря в свой второй рейс в Америку ушел «Геркулес». Жена крестного пошла с мужем. Посидев в деревне, она решила, что это вообще-то не для неё и решила опять везде быть рядом с супругом.
Дочь Берсеньевых я определил в Смольный институт, а сына в Морской кадетский корпус.
Этот поход «Геркулеса» был почти целиком учебный, в Америку он вез всего два десятка семей молодых староверов. Они должны будут готовить базу на Пиносе для транзита наших переселенцев. Кроме них на борту было еще два экипажа. Эти моряки составят костяк экипажей других наших пароходов.
В начале 1830-ого года в Италию с молодой женой уехал Николай Андреевич. Он окончательно решил уйти со службы, подал прощение об увольнении и в Геную ехал вольной птичкой. Обвенчались они когда мы были в Оренбурге, я сразу им сказал, что на меня ориентироваться не надо, иначе свадьба может вообще не состояться.
Вместе с ним ехал и его флотский товарищ Павел Александрович Леонов, тоже принявший решение расстаться с императорским флотом.
Вместе с ними уехало два десятка балтийских нижних чинов по разным причинам списанных с флота после окончания войны.
Два красавца парохода пришли в Усть-Лугу первого марта, оба уже имели имена, кто их так назвал я выяснять не стал, имена мне просто понравились.
Пароход в северном исполнении назвали «Дежнев». А другой просто «Американец». На следующий день из второго рейса вернулся «Геркулес».
Такое стечение обстоятельств очень упростило решение кадрового вопроса. Крестный естественно принял «Дежнева», Паскуале сменил его на «Геркулесе», Николай стал капитаном «Американца», а его боевой товарищ пока пойдет старшим офицером у Паскуале.
Как крестный и предсказал, за несколько месяцев на Пиносе все подружились и великолепно говорят на четырех языках, даже на английском, хотя там он особо и не звучит. Основную реку острова стали называть просто Рио, а поселок на её левом берегу, основу которого составил бывший поселок американцев, получил гордое название Новые Афины.
Так его стали называть греки, русские и Джузеппе спорить не стали, а чернокожим все равно, лишь бы в печку не ставили.
Северный форт превратился в настоящее укрепление вооруженное четырьмя пушками, двумя длинноствольными и двумя карронадами.
Техасские делегаты уже побывали на Пиносе. Они еще обдумывают мои предложения, но отношения с центральными властями Мексики у них все обостряются и скоро они дозреют.