— Алексей, не обижайся на Джо, — старший сын естественно тоже был Джо. — У них две недели что-то там не ладится и от этого зависят действительно большие деньги, в том числе и твои.

Это я кстати успел посмотреть и понять, несмотря на цейтнот нашего прибывания в Нью-Йорке, Джо старший познакомил меня с двумя своими деловыми партнерами и показал мне наш главный совместный деловой товар — строительство железной дороги. А его партнеры посмотрели мою визитную карточку — наш «Геркулес».

То. что пароход произведет впечатление, я не сомневался. А вот сам, честно говоря, ничего не понял, железные дороги 19-ого века и 21-ого это совершенно разные вещи. Общего у них чуть-чуть — более-менее одинаковые рельсы. Поэтому понять, что передо мною отстой или ого-го мне лично пока трудновато.

А вот британские моряки с нашего парохода были в восторге от американского строительства. Придется им поверить.

В Нью-Йорке нам собственно делать было особо и нечего, кроме пополнения запасов свежей воды у нас ничего не горело. Уголь в трюмах еще был, не на весь конечно обратный переход, но на смешанном ходу мы и с этим до Европы дойдем.

Основная загрузка угля запланирована на Кубе. Уголь туда уже доставили с Алабамы, это оказалось самым простым и выгодным. А вот запасов продуктов нам хватит и своих, единственное надо пополнить запасы фруктов и овощей и желательно живых кур. В девятнадцатом веке в море с собой еще берут живность в живом виде, даже коров. У нас правда на борту только курятник.

И конечно матушка пообщалась с крестным, они не виделись много лет и она даже всплакнула, вспомнив свою молодость и то, какими они были.

В полдень второго июня мы вышли из Нью-Йорка и взяли курс на Гавану. Там нас ждала делегация из Техаса во главе со знакомым мне месье Филиппом. И вполне возможно, что удастся встретиться и с самим Стивеном Остином.

Мы стояли с крестным на корме «Геркулеса» и смотрели на уходящий вдаль главный город Америке. Сейчас в нем нет ничего выдающегося, вот даже не на что глаз положить.

По сравнению с Лондоном или Питером дыра. Но жизнь здесь кипит и сразу видно город растет и развивается, а сами американцы на месте не сидят. Самый юный наш матрос шестнадцатилетний Ваня Васильев, стоящий немного сзади с подзорными трубами, глядя на тамошний порт сказал мне:

— Они тут, ваша светлость, все летают как в задницу ужаленные.

Ваню в Усть-Луге приметил крестный, он уже ходил в море с рыбаками и был очень шустрым и любознательным. Набравшись смелости, он попросил у Сергея Федоровича разрешения посмотреть пароход.