Шторм немного потрепал наш пароход, в трюме даже что-то лопнуло и аварийной команде под руководством старшего офицера и боцмана пришлось проявить героизм, когда образовалась пробоина ниже ватерлинии.

В итоге все обошлось. Устранение аварии заняло почти двенадцать часов, пришлось запускать помпы для откачки попавшей в трюм воды и перенести в другое место почти десять тонн намокшего угля.

Я после этого мероприятия трое суток не мог ничего делать, руки начинали дрожать даже от ложки. Не думал, что так можно устать.

Лазарет после этого был полон до завязку, да еще и десяток лежали по каютам. Погибших, слава Богу, не было только у одного из моряков оказался перелом костей голени.

За время шторма «Геркулес» все равно прошел почти сто пятьдесят миль и не отклонился от своего курса, это по-моему мнению был самый настоящий рекорд.

В Нью-Йорке мы задержались на неполные сутки. Я пообщался с матушкой и Джо, потискал маленького Павлушку, которому это очень понравилось, особенно подбрасывания под потолок.

От русской княгини в матушке действительно почти ничего не осталось, даже в речи появился какой-то акцент. Правда надо отдать ей должное, мальчик знает и понимает несколько русских слов и четко ответил что его имя Павел.

Бабушка получила в подарок специально для неё написанный портрет Сони с мальчиком на фоне Пулковского дворца.

Выглядела она великолепно и похоже была очень счастлива. Мне показалось, что они оба даже помолодели и готовы были вокруг друг друга летать.

Мне матушка сделала комплимент, сказав, что я отлично выгляжу и стал настоящим мужчиной и богатырем. В том, что у меня стали очень неплохие физические кондиции, я убедился и сам. Во время устранения аварии моя светлость была в аварийной команде, а потом таскала мокрый уголь.

В итоге я в трюме был с первой до последней минуты и угля на себе перетаскал больше всех. Конечно после этого пролежал в каюте почти трое суток, но зато какими уважительными стали взгляды наших моряков.

Что-нибудь посмотреть из бизнес программы Джо естественно не удалось, как и познакомиться с его детьми. У них свободного времени нет совершенно, лишь старший сын пронесся как вихрь, я даже не успел его толком разглядеть.

У него какая-то запарка на строительстве железной дороги. Притом это сейчас самое важное дело на Земле, стоимостью неимоверные тысячи долларов.

Просто я лишний раз убедился, что доллар для янки главная ценность в жизни и мерило всего. Хорошо, что хотя бы догадался извиниться.

Матушка неловкость момента поняла и поспешила загладить его.