От слов капитана у меня даже поползли мурашки по коже, возразить ему мне было нечего, тем более, что он подтверждал слова Бенкендорфа о графе. Поляк тем временем продолжал.

— Ему оставалось только убить вас и вашу жену. Её он тоже приговорил. Мой глупый и несчастный кузен по собственной инициативе влез в эту историю со своей глупой дуэлью и даже ваш урок не пошел ему на пользу. Хотя я отговаривал его от общения с графом, так же как и тех парижских глупцов, что последовали за ними, но всё было тщетно.

Поляк еще раз ухмыльнулся и опять сделал паузу. На этот раз она достаточно долгой.

— Полагаю, что вашего отца граф убил подло из-за угла, а вот общение с вами протекало надо полагать по другому и на этот раз закончилось для него плохо. Ваша рана на плече, это как печать, такое я видел только от его шпаги. Когда он исчез мы заподозрили, что все таки ваша встреча состоялась и попытались узнать как вы ехали через Францию. Про один участок вашего пути ничего узнать не удалось, а потом нам рассказали, что по приказу братьев Ланжеронов где-то там отпели и похоронили несколько мужчин. Затем нашему человеку по дороге в Петербург удалось разглядеть вашу рану.

Поляк вопросительно посмотрел на меня, как бы спрашивая моего согласия с его рассказом. Я постарался сохранить невозмутимость и никак не отреагировал на его слова.

— Нам очень жаль, что погибли наши товарищи, некоторых из пошедших с графом и моим кузеном я знал. Но я лично рад, если этот человек все-таки исчез. Зла на вас лично никто не держит и мстить вам не будет. Тем более, что вы никогда не расскажите что из сказанного мною правда, а что возможно вымысел. Я лично в Польшу возвращаться не хочу, участвовать в очередной безумной пьесе просто не желаю. Правда еще не знаю куда мне деться.

Такой концовки исповеди польского капитана я не ожидал и даже немного растерялся, но быстро сообразил, что к чему.

— Господин Ружицкий, я могу предложить вам вариант. Вы остаетесь служить офицером на «Сарагосе», а когда мой пароход «Геркулес» начнет ходить в Америку перейдете на него и в один прекрасный момент останетесь там, — теперь уже вопрос был в моем взгляде.

Капитан решение похоже умеет принимать мгновенно, это я понял по его изменившемуся взгляду.

— Но я, ваша светлость, совсем не моряк, а чисто сухопутный человек, — не большая капля сомнений на самом деле ничего не меняла.

— Не переживайте, чисто сухопутному человеку у меня тоже будет достойное дело. Так что решайте.

— В таком случае я согласен, — я оказался прав и теперь уже бывший капитан без особых раздумий принял мое предложение.