— А теперь, Тони, расскажи, что ты знаешь и умеешь. Понятно что немного, — раздражающе-снисходительно протянула Дельфина, — но, иногда, бывшие дотягивают до аэра второго класса. Редкость, но бывает.

— А вы меня оставите на Обсерваторе? — уточнил я.

— Благодари капитана. Он нашёл возможным проявить к тебе снисхождение.

Ну-у-у… как-то не хочется благодарить этого напыщенного засранца. Хотя, вообще-то, похоже я ему действительно НЕМНОГО задолжал. А то вот выпустят меня на этом дурацком воздушном городе или даже в городе гриджо — там есть ярусы, где могут жить не серые. И хрен знает, что делать. Имущества — только плавки, если на них не претендует «Его Благородие капитан» за спасение моей персоны. Если претендует — придётся отдать. Так что прижиться на Обсерваторе — это в моём положении просто лучший из возможных вариантов. Пока, по крайней мере, а дальше посмотрим.

Стал я рассказывать про свои великие достижения… а Дельфина — морщиться и иронично кривить губу. Выяснилось, что ни актёры, ни переговорщики, ни устроители отдыха на Обсерваторе нахрен не нужны. А ведь я так не хотел вспоминать о технических навыках. Но, может…

— Я стрелять умею, драться, относительно неплохо…

— Это, Тони, должен уметь любой уважающий себя человек. Любой в экипаже Обсерватора — умеет «стрелять» и «драться».

— Но с тобой же был этот, в броне, военный?

— Механик Обсерватора, надевший броню. Экипаж нашего корабля не столь велик, чтобы иметь бездельников, только и умеющих что стрелять. Ладно, давай-ка я тебя проверю, может у тебя есть что-то полезное в… — выговорила Дельфина какое-то неизвестное мне слово.

Подошла к столу, извлекла какую-то коробочку с кучей липучек на проводах, подошла ко мне, стала, отодвигая одежду, ляпать эти липучки. Даже елозя по мне, время от времени. И тут я ошибся… Ну, не совсем, предпосылки, как по мне, были. По крайней мере, за время нашей беседы я не раз ловил на себя взгляды Дельфины приправленные довольно легко читаемым женским интересом… В общем, положил я ладонь на подставленную мне задницу госпожи медика и чуть-чуть сжал…

А через секунду я уже валялся на полу, бережно ощупывая своё достоинство. К счастью — не остатки, но больно-о-о!!!

— За что⁈ — пискнул я, потому что после удара по паху получалось только пищать.

— Тони… — ласково смотрела на меня Дельфина. — Ты, аэр четвёртого класса, поднял руку на донну.

— Я не поднял, я просто… ну приязнь…

— Приязнь, — хмыкнула Дельфина, доставая банку с каким-то напитком и явно напоказ вскрывая её выскочившим из рукава шипом. — За такую «приязнь», по правилам принятым в нашем обществе, я, вообще, имею право тебя убить. Заметь, без всяких последствий со стороны закона.