Дело в том, что набор дополнительных букв символов, ею написанный и озвученный, был эклектичен. Тут и греческая омега, и какие-то странные «эльфийские» закорючки и явная кириллица. И буква ѣ была, так и звучала в алфавите «ять». А вот повеселившее меня буквосочетание выглядело как ѣѣ. И читалось, произносилось, да и несло смысл, судя по нахмуренно-смешливому виду Дельфины, именно так, как и звучало.

Но это просто отдельный занятный момент. А вскоре мы перешли к словам, с которыми в письменном виде у меня было ГОРАЗДО меньше проблем, чем с восприятием на слух. Большая часть слов стала понятна, хоть и звучали непривычно. Английский, немецкий, видимо, французский, испанский и славянские — часть слов явно были не в «русском» понимании, но не менее явно из славянских языков. Этакий суржик… хотя, возможно и искусственно созданный язык, типа эсперанто. Но после письма и разъяснения терминов я стал хотя бы в общих чертах понимать Дельфину, а она меня. Впрочем, на этом наше общение и закончилось:

— Отлично, Тони. Хорошо, что ты умеешь читать и писать буквы, — одобрительно произнесла она. — Но тебе надлежит отдохнуть, а у меня дела. Направляйся за мной.

И провела по коридору… ну не в конуру, конечно, но роскошными хоромами комнатушку в два метра длиной и высотой, на метр с мелочью шириной, не назовёшь. Даже для камеры тесновато, хотя занимавшая практически всё пространство этой конуры лежанка была оснащена довольно мягким матрасом, что для мест заключения совсем несвойственно… м-да.

— Здесь — спать. Здесь — звать, — указала Дельфина на широкую пластину у двери с внутренней стороны. — Добрый сон.

— Хорошей работы, — постарался я быть вежливым, что вроде вышло: дамочка кивнула в ответ, вышла из комнатушки.

Тут же со щелчком закрылась сдвижная дверь. Более того — послышалось металлическое клацанье, которые ничем иным, как звуком запирания замка, и быть не могло.

— Замуровали, демоны, — констатировал я. — Хотя… ладно, вообще, всё, что на той долбанной косе я успел понапридумывать о происшедшем со мной — ГОРАЗДО хуже, чем есть на самом деле.

Ну а куча вопросов… как бы основные уже решены: в суп меня обитатели пирамиды точно не отправят. В настолько эстетствующих каннибалов, которым подавай непременно умеющий читать и писать ужин — я вот вообще не верю. И в целом убивать меня обитатели корабля не собираются. Ладно лечат, типа: консерва дольше сохранится. Но выделенная одежда и обучение языку, всякие «нас всех сожрут» опровергает в корне. Вопросов, конечно, тьма тьмущая, и на часть из них, типа «а как я вообще тут оказался?» — может вообще не быть ответов. А значит, суетиться, накручивая себя, без толку и пользы, не стоит. И вообще… день был долгим, день был тяжким, но он прошёл. Пора бы отдохнуть и выспаться, тем более, что я действительно вымотался и устал как собака, несмотря на то, что практически весь день провалялся, зарывшись в песок. Да и освещение каморки тускловато для бодрствования…