— Приветствую. Синьор желает понять, что он желает, — ответил я. — Обращаюсь я с короткими клинками, но…

— Но⁈

— Но не уверен, что это то, что мне нужно, — признал я на основе свежего опыта. — А фехтовать серьёзным белым оружием я просто не умею. Не было такой надобности, вот и…

— Смело! Отважно! Честно! Так и надо, синьор, только так и надо! Стыдно не незнание, а отсутствие стремления к знаниям. Да-да, уж поверьте, старый Григорио знает о чём говорит. Ха-ха… почти каламбур, а? Но я не о том, да… Не умеете — так прямо и говорите! Уважаю! А сейчас, давайте-ка вместе подумаем, что Арсенал Фабборо может вам предложить…

На последнем бурно жестикулирующий, катающийся вокруг меня колобок вдруг замер с задумчивым видом, и наградил меня неожиданно тяжёлым, оценивающим взглядом.

— Флагелло? — очень лаконично, на фоне прошлой трескотни бросил он, указав пухлым пальцем на мой пояс, с обёрнутой вокруг него нагайкой-переростком.

— Да…

— Продемонстрируйте, что можете, будьте любезны, синьор.

— А на… — начал было я, но остановился.

Из того же прохода, через который в зал вошёл оружейник, выкатился уже знакомый мне по внешнему виду универсальный робот… или автоматон, как их здесь называют. Закутанный в лёгкую накидку уже начавшего мне надоедать серо-стального цвета, этот Железный дровосек не стал терять времени зря и, взмахнув зажатой в правом верхнем манипуляторе пластиковой шашко-саблей, попёр прямиком на меня. В ином случае, я бы, пожалуй, возмутился таким вот «гостеприимством», но в данной ситуации, насколько я понимаю, мастер, таким образом, пытался подобрать мне оружие, наиболее подходящее для обороны, а не в качестве церемониального элемента, призванного лишь демонстрировать статус.

Так что проглотив чуть не сорвавшееся с языка возмущение, стал я от злостного робогада уворачиваться и пытаться его уязвить. А он, соответственно, меня. Правда, несколько неудачно пропущенных ударов меня успокоили: он не бил, а именно обозначал поражение.

— Ясно, ясно, ясно, — практически в одно слово протараторил Фаборро, внимательно наблюдавший за нашими с робогадом поскакушками. — А теперь извольте повторить вот с этим.

Подкатившись к шкафам, мастер извлёк на свет этакий аналог дольча, оказавшийся чуть длиннее знакомого мне по Обсерватору кортика и, покрутив его в руках, вручил мне. Пришлось скакать по залу вновь. А через пару минут на смену длинному дольчу пришла шпага. Ещё через минуту — посох, а следом дошла очередь до топора.

Честно говоря, я уже начал уставать и раздражаться. Всё-таки, в оружейную лавку я пришёл покупать оружие, а не услаждать пухлых колобков-садистов зрелищем получаемых мною люлей! Но, то ли мастер почувствовал изменение моего настроения, то ли действительно увидел всё что хотел, избиение он всё же остановил. Вовремя.