Кругом толпились люди. Кажется, все население корабля высыпало поглазеть на незадачливых ныряльщиков. Заскрипели якорные цепи, снова забурчал Котел. Бежали по толпе любопытных шепотки: «Ах, какая любовь!.. Дура девка… Она его спасала!.. А сам-то? Чего его понесло?..»

— Так, молодые люди, и чего сидим? Переодеваться, немедленно! Еще немного, и вам обоим простуда обеспечена, — прогремел над зеваками спокойный, не терпящий пререканий голос Фаины Толь.

Марина посмотрела на Андрея. А он на нее. Абсурдность ситуации достигла своего апогея. Первые смешки вырвались из горла бульканьем утопающего. У нее? У него? Через секунду они уже хохотали вместе — до слез, до колик, до судорог, столкнувшись лбами, сцепившись ладонями. И в этом смехе растворялись обиды и непонимание последних месяцев, с ним уходило что-то неправильное, чужое.

— М-да… — прогудел капитан Балабанов. — А господин сыщик-то с невестой на короткий рейс садились, не подумали, что на два дня тут застрянут. Я так думаю, не во что им переодеться.

Что происходило дальше, Марина и не поняла. Сначала она еще смеялась, и Андрей тоже. Потом рука его сжалась крепче. Госпожа Толь отдавала какие-то распоряжения. К Клюевой подскочили Клавдия Кондратьевна с горничной, принялись ее поднимать, приговаривая что-то ласковое. Вокруг сыщика хлопотали Тихон с дружками и пара стюардов. И Звягинцев руку ее выпустил. Сразу стало зябко и одиноко. Марина заметалась, понимая, что снова к Андрею ей не пробиться. Но он сам решительно подвинул в сторону добровольных помощников.

— Марина, — она выдохнула. — Переодеться и в самом деле надо. Идите с Клавдией Кондратьевной, она подберет вам что-нибудь из вещей Глафиры, — опять на «вы»! На миг захотелось его ударить. Вот здесь и сейчас с враньем покончить. — А еще у меня к вам просьба: посмотрите там своей магией. Может, сможете понять, что в каюте произошло.

И отпустило. Он ей верил, не списал со счетов после фиаско с помытой палубой. Марина робко улыбнулась и получила в ответ даже не улыбку — сияющий, шальной какой-то взгляд, в котором было столько… Чего? Нежности? Доверия? Уважения? Ну не любви же в самом деле! Не бывает так!

Горничная помогла отжать воду с юбок, и времени это заняло преизрядно. Поэтому Клюева и наблюдала ошеломивший гостей уход Андрея. Уже перед входом в надстройку он обернулся, обвел взглядом всех присутствующих и остановился почему-то на Цапкиной.

— Мне не составит труда выяснить, кто меня столкнул. Этот человек не только пытался убить меня. Он подверг опасности жизнь моей невесты. Последнего я не спущу.