Он вздохнул, посмотрел на нее насмешливо.
— Мне, Марина, помолвка не помеха: жениться в ближайшем будущем не спешу, мне одного брака пока хватит. Да и вам учиться надо, а не о замужестве думать. Так что, пусть остается, как есть. Свободу друг другу мы всегда дать успеем. Согласны?
Клюева кивнула и опустила глаза. Вместо разрыва они теперь помолвлены официально, и Андрей ничего против не имеет. Разве так бывает?
— Смотрите, туман! — закричал вдруг кто-то, и Марина не выдержала, обернулась. Да и Звягинцев пристально вглядывался в ночь.
Туман светился, словно тысячи крошечных светлячков мелькали в нем. И они, светлячки эти, собирали на себя тонкие нити непрозрачных клубов и стремительно падали вниз, в реку, будто влага из воздуха была для них слишком тяжела. И тогда светиться начинала уже вода, а туман редел, уходя вместе со светлячками на глубину. Пара минут — и от трехсотлетней хмари не осталось и следа. И тут же заскрипели брашпили, поднялись якоря, забурчал Котел, и «Обручальник» начал медленно набирать ход.
— К полуночи будем в Ухарске, — облегченно сообщил капитан.
Обычно сонный и тихий в темное время Ухарск этой ночью не спал. Было прохладно, пронзительно пахла сирень, соловьиные трели разрезали время от времени гомон перемещающейся по набережной толпы. Казалось, собралась здесь половина города.
Во-первых, не так часто уходил в долгий рейс «Борт Лунной клятвы», чтобы его не встречать. Во-вторых, лишь третий раз за всю историю существования «Обручальника», встал кораблик на рейд, свое право на создание счастливых пар утверждая. В-третьих, после известий, что Глафира Летягина, невеста Котова, сперва вроде как бросилась за борт, а после нашлась уже супругой графа Калитина, и вовсе взыграло у горожан любопытство: откуда же взялась на борту третья пара для обручения. Это для пьесы или оперетты поворот сюжета нормальный, а в жизни такое увидеть или хоть узнать из первых рук о событии каждому хочется. Вот и притянуло любопытных.
Ну и родня застрявших на реке собралась. Городские власти тоже в стороне не остались: мелькали под фонарями лица градоправителя Осокина, околоточного Сторинова, а то и самого полицмейстера Жимаймо. Последний, впрочем, полуночи не дождался, оставил своим полномочным представителем по законности все того же околоточного, а по сплетням — супругу свою, Милицу Кантимировну. Уж она-то точно ни одного нюанса горячих новостей не упустит. Сторинов же честно гонял подчиненных, чтобы блюли порядок.
Еще пока кораблик причаливал к пирсу, Андрей разглядел в толпе отца Марины. Виктор Клюев был высок, но выделялся из общей массы еще и своим непробиваемым спокойствием. Ангелины Всеславны, матери новоявленной невесты, по счастью, не было, а то бы вздохов и охов не избежать. А как-то не хотелось Андрею общаться с будущей тещей, устал. С Виктором Афанасьевичем проще. Но и сложнее тоже — тут не пустословие какое, умный он и многое замечает. Ай, ладно, чему быть, того не миновать.