Мама прекрасно знает, кто такой Божнев, но уж точно не помнит его имени и фамилии, но стоило бы мне правильно поднести информацию, догадалась бы сразу. Но я молчала, не хотела еще и со своей стороны приносить отличные впечатления. И так эмоции били через край.

Уходила из родительской квартиры я в пришибленном настроении. Тихо смеясь. Н-да. Прекрасная у нас чудотворная жизнь. Стоит только Арсении что-нибудь этакое выкинуть, и будет полный семейный комплект.

Мама тоже была в немного подавленном настроении из-за того, что наконец вскрылась их правда, но простилась со мной вполне тепло, прося напоследок почаще звонить. У меня с языка так и рвалась шутка, что в следующий раз нам нужно собираться полной семьей, раз уж скелеты вывернули наружу. Но не рискнула, вовремя прикусив язык.

По дороге домой я думала о том, что вес-таки было бы интересно познакомиться с братом. Кто он. Как выглядит. Но и в то же время было тревожно: насколько сильно он заболел? Может, требуется помощь? Хотя чем я могла помочь?

А уже когда подходила к дому, мне позвонила Ира. Я скинула, подумав, что лучше дома нормально поговорим, чем на бегу. И отправила голосовое сообщение «ВКонтакте», что через десять минут наберу ей.

Ира прочитала, но в ответ ничего не написала.

Дома, переодевшись и сварив себе кофе, я устроилась на стуле поудобней и набрала подругу. Ира, к моему удивлению, ответила далеко не сразу.

– Да?

– Ты чего шепчешь? – удивленно спросила я, отпивая глоток кофе. – Алекс спит?

– Спит. Ада, Александр заболел, наверное, подхватил у меня все-таки вирус, – услышав это, я чуть не подавилась кофе. Изумленно уставилась на трубку телефона. – Вот права ты была, не нужно было его так рано забирать от мамы. А теперь я не знаю, что делать! Завтра первый рабочий день с новым директором. Наверняка будет что-то важное! Блин! Я не могу потерять эту работу!

Под стенания подруги у меня то и дело перед глазами вспыхивал образ Александра. Рядом я мысленно ставила папу, сравнивая их.

– Александр? Заболел? – глупо переспросила я, отставляя подальше чашку с напитком, чтобы попросту случайно не разбить.

– Да! Ты вообще слышишь, что я тебе говорю? – простонала в трубку подруга, всхлипнув. – Что мне делать, Ада?

«А подруга ли?» Но эту мысль я быстро отогнала.

Глубоко вздохнула, гася в себе неправильные ревнивые эмоции, помня, что если мои догадки правдивы, сама же не так давно говорила отцу, что у него есть личная жизнь, и ревность тут неуместна от слова совсем. Да и вообще, может, это все очень большое совпадение. Но ничего не могла с собой поделать. Еще и это «И» на экране телефона отца так некстати вспомнилось.