Выйдя из лифта, я направился в свой кабинет, но был остановлен задумчивым в спину:
– Кирилл Александрович!
Я обернулся:
– Да?
Мужчина потер затылок и негромко уточнил:
– Мы с вами раньше не встречались?
Хмыкнул. Если Дмитрий и видел меня в юности с Адой, то мельком, и не мог запомнить, но и в другой отрезок времени не мог меня знать. Хорошая у него память, однако. Нужно запомнить.
– Не думаю.
– Ясно, значит, обознался. Извините.
– Такое бывает, – улыбнулся и махнул стаканчиком в сторону редакторского отдела. – Обустраивайтесь. И помните о планерке.
Неторопливо шагая по коридору, я слышал задумчивое за спиной:
– Нет, все-таки я его где-то видел. Но где?
Насмешливо улыбнулся:
«Не напрягайтесь, Дмитрий Михайлович. Напряжение плохо отражается на здоровье и работе».
Ада
Примчавшись на работу во взвинченном состоянии, я с ужасом представила, что планерка, вопреки словам директора, уже началась и мне придется заходить в зал под укоризненные, злорадные, а то и сочувственные взгляды коллег, но больше всего я опасалась насмешки со стороны самого Божнева.
Однако поднявшись на нужный этаж, к своему удивлению, наткнулась на столпившихся в коридоре коллег. М-да, планеркой тут и не пахло, зато пахло свежим ремонтом, краской и новой мебелью. Моего появления никто не заметил, и не мудрено, подкравшись к коллегам со спины, прислушалась:
– Ох, как здорово! Ну, просто красота! Даже всплакнуть хочется!
– Ты уже сотый раз это говоришь, смени пластинку, – раздраженно буркнул Андрей.
– Не ворчи, Смирнов! Катька права, да я теперь рад, что работаю не где-нибудь, а в нашем родном редакторском!
– Ох, страшно прикоснуться даже к ручке этой двери, не говоря об остальном! – приложив руку к груди, восхищенно прошептала Наталья.
– А вы видели? Видели? Новая техника!
– Тут все новое, – лаконично заметил Олег Николаевич, поправляя на носу очки.
Протолкнувшись максимально близко, насколько было возможно в этом столпотворении, встала на цыпочки, стараясь рассмотреть, отчего там такие восторги. Но из-за своего роста мне это не удалось.
– А что происходит? – громко поинтересовалась я.
Ко мне обернулась Надежда Павловна и развела руками, случайно задев Смирнова по лбу, но не обратила на это внимания:
– Да вот разглядываем и восхищаемся своим обновленным отделом.
– Надежда Павловна, поаккуратней с руками! – обиженно засопел Андрей, потирая ладонью пострадавший лоб.
– Ой, какие мы нежные! – съязвила Надежда и с гордым видом отвернулась к светящейся в восторге Кате, и в этот момент сзади раздался громкий, раздраженный голос Дмитрия Михайловича: