Пока на площади разворачивалась эта словесная дуэль, в тёмных, гулких коридорах завода царила совсем другая атмосфера. Отряд Саалани двигался бесшумно, как стая пантер. Две воительницы-тифлинга, вооружённые короткими, изогнутыми клинками, шли впереди, их кошачьи глаза прекрасно видели в полумраке.

Они вышли к небольшой, хорошо охраняемой комнате. У дверей стояли два здоровенных стражника в тяжёлой броне. Они лениво переговаривались, уверенные в своей безопасности. Они даже не успели ничего понять. Две тени метнулись из-за угла. Короткий, едва слышный свист рассекаемого воздуха, два глухих стука — и стражники мешками рухнули на пол, так и не издав ни звука.

Саалани жестом приказала своим воительницам остаться снаружи и толкнула тяжёлую дверь. За ней мерцал и гудел портал — врата в пещеру, где томилась Райланария. Не колеблясь ни секунды, она шагнула в дрожащее марево.

Её выкинуло в пещеру. Воздух здесь был тяжёлым. В центре пещеры лежало огромное, лохматое чудовище. Его дыхание было прерывистым, а в маленьких, чёрных глазках плескалось только отчаяние. Вокруг него суетились пикули, пытаясь подбодрить свою «маму», принося ей какие-то камушки и корешки.

Саалани медленно, не делая резких движений, пошла к ней. Райланария зарычала, но в её рыке не было угрозы — только страх.

— Тихо, — прошептала Саалани, и её голос, обычно резкий и властный, стал мягким, как шёлк, — Я не причиню тебе вреда. Я пришла помочь.

Она протянула руку. Её пальцы засветились мягким, изумрудным светом. Это была древняя магия её народа, магия единения с природой, с самой жизнью. Она не пыталась подчинить монстра. Она пыталась достучаться до девушки, запертой внутри. Она коснулась спутанной, грязной шерсти, и чудовище вздрогнуло, но не отшатнулось. Саалани закрыла глаза, посылая волны спокойствия и сочувствия. Она показала ей не угрозу, а образы свободы — солнце, ветер, зелёную траву.

Райланария перестала рычать. Она медленно опустила свою огромную голову и ткнулась носом в ладонь Саалани, как потерявшийся щенок, который нашёл свою хозяйку.

— Сейчас мы вытащим тебя отсюда…

— И последний, третий вопрос, магистр! — мой голос гремел над площадью, приковывая к себе всё внимание, — И это будет предсказание!

Я выдержал паузу, глядя прямо в горящие ненавистью глаза Амратокса.

— Я предсказываю, что прямо сейчас, в эту самую минуту, ваше величайшее сокровище… ваше самое ценное творение… вот-вот исчезнет!

И в тот же миг, словно по команде, весь завод содрогнулся от мощного, низкого гула. Звук лопающегося металла и рвущейся магии.