— Ит-кирдык! Ит-кирдык-оглы!

— Дженкинс! — крикнул полковник, усаживаясь на кровати.

На зов явился молоденький адъютант в чине лейтенанта.

— Слушаю вас, сэр!

— Возьмите отделение солдат и посмотрите, кто там орет за стеной. Что там еще за кирдык-оглы? Если найдете кого-нибудь, приведите сюда, я хочу его лично допросить.

— Слушаюсь, сэр!

Щелкать резиновыми каблуками берцев было затруднительно, но лейтенанту это удалось. Он чётко повернулся через левое плечо и удалился, отменно печатая шаг.

Где-то в степи

От Петербурга до полевого аэродрома лету на военном транспортнике не менее четырех часов. А потом еще часа два вертолётом до точки выброски. Капитан Соловьев, когда ему поставили боевую задачу, лишь выматерился сквозь зубы. Отдававший приказ генерал сделал вид, что ничего не услышал. Видать, с сутью высказывания был полностью согласен.

Задание было из серии «пойди туда-не знаю, куда, найди то, не знаю что». Хотя нет: что искать, вернее, кого, было ясно. Куда идти — тоже. А где искать… В самом плохом случае, их объект забрался в главный гадюшник. И как его оттуда доставать, капитан не имел ни малейшего представления. План был лишь самый общий: высадиться, по земле добраться до места, осмотреться, действовать по обстоятельствам. Шансы уцелеть и вернуться были весьма призрачные, и это при том, что в группе из десяти человек было три не самых слабых мага. У самого капитана — восьмой ранг, еще у двоих — девятый. И если пацан с пятым рангом не уцелеет, им и вовсе ничего не светит. Остается только пойти и стрелять, пока не кончатся патроны. Потому что задача поставлена так, что невыполнение равносильно приговору. Как говорится, сдохни, но сделай.

Еще одним сюрпризом оказалось то, что этот самый Караим-кала был прикрыт от атак с воздуха всё теми же европейскими «друзьями». Только по этой причине войско Дикой степи до сих пор еще не разметали в клочья. У степняков имелись ПЗРК в достаточном количестве. И люди, умеющие ими пользоваться, были. Когда летуны, попытавшись размотать наступающую колонну, потеряли четыре вертушки за один заход, их пыл резко приугас. Они, конечно, летают, бомбят, но с больших высот, и с очень условной точностью. А к столице, ко дворцу хана им и вовсе не пробиться. Поэтому после высадки еще почти сутки предстоит идти по степи, и только потом они смогут начать работать.

В кабине пилотов открылась дверца, из нее высунулся бортинженер.

— Заходим на посадку, готовьтесь! — прокричал он и продублировал слова жестами, справедливо полагая, что за грохотом двигателей его никто не услышит.