Писарь потянулся было за деньгами, но Маша убрала руку:

— Слова — это всего лишь слова, — покачала она головой. — их к делу не пришьешь. Кому как ни вам это знать! Оформите-ка мне лучше справку. Как полагается, с печатями и подписями. Чтобы даже самый увертливый чиновник не смог отвертеться.

И вновь поманила клерка пряничком.

Тот перечить не посмел, как не посмел и потребовать за бумагу дополнительную мзду. Через минуту он уже протягивал девушке требуемый документ.

— Вы очень любезны, господин…

— Чумичов.

— Да, я запомню вашу фамилию, — пообещала барышня, вернулась к своим подругам и все трое исчезли за дверью.

Клерк вздохнул с облегчением. Но не успел он вытереть со лба пот, как на стул перед ним взгромоздился здоровенный мужик. Господин Чумичов снова вздохнул и протянул посетителю стандартную анкету для добровольцев.

Троица погрузилась в машину.

— Скажите, далеко ли ехать до окружного сборного пункта? — поинтересовалась у водителя Каракалова.

— Далеко, — честно сказал тот. — Три часа дороги в один конец.

Действительно, это было далековато. Пока доберутся, пока сориентируются на местности, все чиновники разбегутся. Или объявят, что приемные часы окончились и отправят восвояси. По всему выходило, что дальнейшие поиски придется отложить до утра.

— Тогда подъезжайте завтра часам к восьми. А сейчас — домой.

В самом деле: день прошел в переживаниях, беготне и хлопотах. Девушки нешуточно утомились, им нужно было как следует подготовиться и отдохнуть.

Это воскресенье у военного министра господина Кречетова началось не лучшим образом. Но могло быть и еще хуже, если бы информация о большом набеге Дикого поля дошла до него еще хоть часом позже. Но Предки не попустили. Нашлись верные друзья, у друзей нашлись надёжные товарищи. И в результате уже к шести утра он знал достаточно, чтобы начать действовать.

Поначалу, с вечера, всё было как обычно: мелкие ночные набеги на заставы небольшими группами. Об этом приходили сообщения, заставам высылалась подмога, степняков отгоняли — и вновь тишина. Вот только пилоты за ночь утомились, да и техника после такого налёта требовала обслуживания, но это сообразили не сразу. А поутру, когда уже вполне рассвело, вдруг позвонил на личный телефон один давний приятель. И сообщил такое, что ни о каком отдыхе в кругу семьи речь уже не шла.

Через пять минут после получения информации министр звонил начальнику Южного военного округа. И, едва поняв, что тот совершенно не владеет информацией и едва ли вообще в курсе нашествия, устроил такой разнос, что генерала Журавлева едва инфаркт не хватил. А вообще — это надо умудриться проспать такое нападение. Ведь были данные о подготовке, была информация от разведки, от безопасников. Были планы подготовки. И как раз на следующей неделе намечалась инспекция для проверки реализации этих планов. Оставалось только выяснить конкретную дату нападения и устроить степнякам неприятный сюрприз. И что сделал этот индюк? Ничего! В результате армия жидко обделалась, а ему, отвечающему за все это, через два часа предстоит отчитываться перед императором. И если поначалу министр холодел от одной мысли о встрече со Львовым, то теперь появился весомый шанс уйти от Петра Четвертого своими ногами и с чистыми штанами.