И вот, наконец, грянула музыка, пропели фанфары, и на всех экранах появился большой церемониальный зал императорского дворца, до предела заполненный народом. На возвышении стояли две тумбочки-трибуны, украшенные государственными гербами: двуглавым львом в коронах и одноглавой лошадью в меховой шапке. Позади трибун церемониальные спецы установили чуть склоненные друг к другу государственные флаги.
Снова грянули фанфары. В противоположных углах подиума слуги одновременно открыли двери, и в зал вступили монархи. Император Пётр Четвертый, в пурпурной, отделанной горностаем мантии поверх парадного костюма, очень похожего на ливрею Магнуса и хан Олег Первый в красном бархатном халате с меховой оторочкой, в островерхой меховой шапке и меховых сапогах. Император был в том самом малом наборе — корона, скипетр, перстень. Хан держал в руках церемониальную плеть с инкрустированной перламутром рукоятью и вделанным в оголовье рубином. Главы государств под вспышки блицев сошлись на середине сцены, обменялись сперва поклонами, затем рукопожатиями, и разошлись каждый к своей трибуне.
Появился церемониймейстер. Он коротко объявил суть того, что сейчас будет подписано: договор о мире, договор о дружбе и сотрудничестве, договор об экономическом и военном союзе. Красивые девушки в строгих деловых костюмах разложили на трибунах адреса с титульными листами договоров. Подождали, пока высокие договаривающиеся стороны заверят бумаги. Потом поменялись местами, подождали еще немного и разнесли подписанные экземпляры каждая в свою дверь.
Монархи по очереди произнесли короткие речи о новой странице в истории, о перспективах сотрудничества и грядущих годах процветания. Потом сфоткались на фоне государственных флагов и удалились каждый в свою норку. То есть, в дверку. Чтобы через полминуты встретиться за кулисами.
Кулисы — это такое специальное место, где царствует альтернативная реальность. И реальность эта может самым радикальным образом отличаться от демонстрируемой публике картинки. Лишь весьма наивный человек примет все те взаимные реверансы, которыми обмениваются политики на публику, за истину. Нет, истина не здесь, хотя и где-то рядом.
За кулисами Львов расстегнул пряжку и скинул мантию на руки подбежавшим слугам. Бережно снял с головы драгоценный обруч, уложил его в ларец вместе со скипетром и перстнем и уселся за стол. Ему тут же подали чашку с кофе и блюдо бутербродов.
Песцов сорвал с головы шапку, утер оперативно поданным платком пот со лба и скинул халат, оставшись в классической брючной паре. Внешний вид портили разве что расшитые меховые сапоги. Он упал за стол напротив императора и тут же получил свой чай. А бутербродов на большом блюде вполне хватало на двоих.