— Игнат. Ну, Игнат! Хватит уже обижаться! — я стоял перед гувернером, скрестив руки на груди.
— Обижаются девушки, когда ты их танцевать не приглашаешь, а я не одобряю твоего решения, — по-прежнему не отрывая взгляд от книги, ответил гувернер.
И кого пытается обмануть этот старый зануда?
— Я вообще не обязан извещать тебя о своих решениях и учитывать твое мнение по этому поводу, — решил было возмутиться я, но, посмотрев на искренне расстроенного Игната, перешел на мирный тон. — Послушай, ты ведь тоже учился?
— Да, — он наконец-то поднял на меня взгляд.
— И ты тоже жил в общежитии?
— Да.
— Ты попробовал вольной студенческой жизни?
Гувернер неопределенно хмыкнул.
— Так почему я не могу этого сделать? — я недоуменно округлил глаза. — Я на выходные буду приезжать!
— А чего тебе здесь не живется?
— Под твоим абсолютным контролем?
— Могу уйти. Совсем, — Игнат закрыл книгу и положил ее на стоявший рядом с креслом столик.
— Сиди уже, — махнул я рукой и сел во второе кресло. — Ты чего-то боишься?
Игнат нахмурился.
— Меня тревожит твоя магия. Ведь ты совсем недавно обрел ее. Сумеешь ли ты ее контролировать?
— Кажется, на вчерашней тренировке я отлично себя показал.
И это было правдой. Мико слушалась беспрекословно, и теперь уже довольно легко могла контролировать мощность заклинаний. Игнат покачал головой.
— Да с чего ты вообще решил, что студенческая жизнь в общежитии так хороша?
— Марк Федорович сказал.
— А, ну если Марк Федорович сказал, то да. Беги и не оглядывайся.
Я уже собирался ответить что-то резкое, но тут в дверь позвонили. Мы с гувернером переглянулись.
— Ты кого-то ждешь? — спросил я его.
Игнат ответил мне укоризненным взглядом. Действительно, кого он мог ждать, находясь в опале.
Одновременно мы поднялись из кресел и направились к выходу из библиотеки. В холле я дождался, пока гувернер скроется на втором этаже, и пошел открывать дверь, опередив выглянувшую из кухни Машу.
На пороге стояла Разумовская с большим, изысканно украшенным тортом в руках. Но идея прижаться щекой к вырезу ее платья, привлекала меня гораздо больше, чем этот шедевр кондитерского искусства. Несмотря на это, я вполне искренне улыбнулся.
— Доброе утро, княгиня. Какие силы я должен благодарить за столь неожиданный визит?
— Не удивительно, что риторику вы сдали на отлично, Тимофей Александрович! — обворожительно улыбнулась Разумовская.
— Откуда такая осведомленность о моих успехах? — спросил я, жестом приглашая гостью пройти.
Грациозно покачивая бедрами, Марго вошла в дом.
— Я ведь член попечительского совета Университета, и весьма активно интересуюсь его жизнью. В том числе и новыми студентами, — она протянула руки, передавая мне коробку.