Бледная, даже белая кожа, с вывернутыми наизнанку костяком и наростами по всему телу, которые образуют, что-то вроде живой брони, прикрывая туловище и голову.

Вытянутая назад башка. У твари нет ушей, носа и рта, только огромные глаза, затянутые тьмой.

Существо пялится на меня, и я замечаю, что у него снаружи бьётся сердце, заключенное в кожистый и полупрозрачный мешок, прикрытый костями, как щитом, а остальные органы находятся в защитных капсулах.

Так просто его не взять. Защищён бронёй, а вот глаза… Это — его слабое место!

Я меняю свой план на ходу.

Получай!

Из щупальца на моей руке выбрасывается жижа. Она летит прямо в харю твари и попадает ей в глаза.

Раздается шипение. Валит дым. Существо хватается за морду, а я, решив воспользоваться моментом, подлетаю к этому уроду и, в падении, скользя на коленях по грязи, вгоняю нож прямо в бедро твари.

Хрясть!

Лезвие входит до половины. Я поворачиваю нож. Мгновенно поднимаюсь и рву рукоятку на себя, выдирая из твари шмат мяса.

Выкуси!

Существо валится навзничь. Бьётся в судорогах и, буквально через секунду затихает, едва у него, сквозь растопыренные пальцы, потекли растворившиеся в жиже глаза, а харя провалилась внутрь черепа.

Готов!

В этот же момент сверху падет щупальце и впивается присоской в дохляка. Щупальце, как мышца сокращается и быстро уходит вверх, унося тело твари в кожистый мешок.

Щупальце меня не тронуло, хотя и проскользнуло совсем рядом. У меня в голове мелькает мысль, может быть оно реагирует на настоящий запах смерти? Реального трупа, а не живого, который им претворяется, прикрывшись, как камуфляжем, запахом дохляка? И я зря вылез из своего укрытия? Чёрт его знает! Идея имеет право на жизнь, но сейчас мне не до размышлений. Я вижу, как ко мне бежит ещё три твари, вроде той, которую я сейчас завалил.

А у меня только нож и симбионт за спиной, а ещё щупальце, которое может плеваться кислотой. Слишком мало, чтобы противостоять этим монстрам, но это лучше, чем совсем ничего. Буду действовать хитрее и, быстрее, — в этом мой шанс на спасение!

Мы сходимся на встречных курсах.

До них остаётся метров десять, не больше. Они смотрят на меня, буквально пожиная своими огромными глазами.

Только сейчас мне в голову приходит мысль, а как они дышат, если у них нет носов? Даже провала в черепе? Хрен с ними! Может быть они вообще не дышат! И, вообще, это такие биологические машины этого мира — охотники за телами.

Бац!

Бац!

Щупальца приходят в какой-то раж, в безумие. Они хватают трупы и уносят их вверх, с каким-то остервенеем, в то время, как я и эти твари, бегут навстречу друг другу, петляя, как зайцы, между эти ожившими кишками, падающими сверху.