Я моргнула. «АртТех» – гигант, о котором можно только мечтать. Но под их брендом? Это значило потерять контроль. Потерять право выбора и возможность решать. А я ведь именно об этом и мечтала, создавая платформу.
– За последний год вы – единственные, кто сумел меня заинтересовать.
– Спасибо, – сказала я, несколько смутившись.
Сжала визитку, улыбнулась, пообещала ответить.
– Ни хрена себе! – стоило Елене отойти, присвистнул Дима.
Он так и сиял.
– Да уж, – посмотрела вслед Елене, потом на Димку. – Слушай, я сегодня совсем не спала. Ты справишься без меня? Вроде, с Михневым всё, а так…
– Справлюсь, – он сжал мою руку. – Может, вызвать тебе такси?
Я мотнула головой и, поддавшись порыву, приобняла Диму.
Выйдя на улицу, я обвела взглядом вечерний город. Фонари, огни машин… Москва никогда не спит и при этом не выдыхается. Не то что я. Добредя до ресторана быстрого обслуживания, я взяла кофе и пошла дальше. Свобода или успех? Артём больше не лез в мои дела, и вот результат: всё пошло на поправку. Только я всё ещё ощущала его тень за спиной. Словно он незримо наблюдал за мной или… был внутри меня. Я же ненавижу его! Ненавижу! Или…
Я присела на скамейку и открыла стаканчик с кофе. Почему у меня чувство, будто я лечу с одним крылом?
Артём Сумерки сгустились, а я уже час сидел в машине возле приютившего офис Алисы склада, и не мог заставить себя выйти из неё. Попытки продумать начало разговора ни к чему не приводили. Это раньше она была моей помощницей – девочкой на побегушках. Сейчас наши жизни – параллели. Дождь барабанил по крыше, фары отражались в лужах, а я смотрел на убогую дверь, проклиная себя за то, что не смог перебороть любовь. На фотографиях с показа Алиса улыбалась. Её стильное, отделанное оригинальной вышивкой платье шло ей неимоверно, как и улыбка. Только чёртов Ковалёв рядом всё портил. Отец всегда учил меня быть честным с собой, признаваться себе в своих сильных сторонах и в слабостях. Говорил, это – ключ к успеху. Какой, на хрен, успех?! Алиса была моей слабостью, только я упустил момент, да ещё и подгадил ей, словно обиженный подросток. Да, её дела пошли на лад, и это была моя заслуга. Если точнее, попытки вернуть дела на круги своя. Я попросил несколько банков пересмотреть её заявки, дал знать нужным людям, что её проект – интересная идея, намекнул, что подумываю вложиться сам. Но она об этом не знала. И не должна была узнать. Я не хотел её благодарности – я хотел её. Проблема заключалась в том, что она – чужая жена, и с этим бороться было труднее, чем с её платформой. Я бы мог очернить Ковалёва в её глазах, подложить ему шлюху, но… На хрен это всё! Один раз я уже прошёл этот путь, второго не будет. Я завёл двигатель и отъехал назад – метров на сто, вышел из машины перед кофейней. Несколько минут ничего не решат. Когда я вышел из кафе, дождь всё так же моросил. Но в машину я не сел – решил пройти пешком. Холодные капли били по лицу, текли под ворот пиджака. Проклятый дождь! Чёрт подери, снова дождь! Быстрым шагом я преодолел расстояние до двери и толкнул её, ожидая, что офис будет заперт, и придётся стучать. Дверь склада скрипнула, и я вошёл. Офис пах сыростью, кофе и бумагой. Столы завалены эскизами, ноутбук гудел, как старый вентилятор. Она стояла у окна, в джинсах и свитере, волосы в небрежном пучке, который вот-вот развалится. Мне до безумия захотелось коснуться её, самому распустить пучок и провести пальцами по волосам. Но я остановился, сглотнув вставший в глотке ком. Алиса обернулась, и её глаза – холодные, как мокрый асфальт – блеснули. – Волков, – её голос был отчуждённым. – Что, пришёл на разведку? Или хочешь лично разрушить то, что ещё не разрушил?! Я сжал кулаки, пытаясь удержать себя. Хотел пошутить, но её взгляд вышибал воздух из лёгких. Она была передо