Когда я несколько недель назад спешно ушёл из Моредара, отправившись в магическую зону за Креоной, я думал, что принцесса Дайю встретится со своим отцом. Ведь король Лучевии прибыл с визитом к царю Нереусу Моредарскому, и приплыл он именно ради дочери.

Сам визит, который я вскользь узрел в мыслях Шана Куо, прошёл относительно спокойно. Правители обменялись подарками, король со слезами на глазах обнял похищенную работорговцами дочь, а царь Моредара обещал найти и наказать всех преступников, замешанных в этом. На торжественном балу никто не бросался обвинениями, и всё выглядело чинно и благородно.

И лишь потом, уже на корабле, плывущем домой, король Лучевии Тянь Куо, отец Дайю, оставшись с советником наедине, кричал на него. Тряс за грудки, обвиняя в измене и в похищении дочери…

Агата, видимо, всё-таки успела из магической зоны в царский дворец и доложила царю Нереусу обо всём, что ей было известно, и тот передал свои претензии королю Лучевии. Шутка ли, между двумя странами могла вспыхнуть война, которая никому из правителей была не нужна.

Но Шан Куо, используя тёмную магию, легко переубедил брата, что он тут совсем не причём. Затем, уже дома, советник просто отравил короля и подстроил всё так, что изначально яд предназначался ему, самому Шану Куо.

Ах, как же в видениях прошлого советник рыдал над телом брата, и клял злую судьбу, что та перепутала ядовитые чарки с вином! И как на это смотрела в слезах ничего не понимающая принцесса Дайю, в глазах которой появились первые сомнения.

Легко было узнать почерк Бездны, которая взращивает ненависть на правде, смешанной с ложью. Ведь чистая ложь никогда долго не живёт…

Я помнил, Дайю как-то показывала мне свою татуировку на плече, что она принадлежит к королевской крови, которая берёт своё начало ещё со времён Хамото… Так в Лучевии называли северного бога Хморока, и начало династии Куо связано именно с северным богом.

Но хитрый Шан Куо, голова которого несколько минут назад отправилась во Тьму к своей повелительнице, устроил всё так, что теперь Дайю думала — советника, который присягнул чуждой этому миру богине Бездне, пытались убить Хранители Храма Хморока. Все доказательства, естественно, нашлись, и в городе даже успели убить одного лазутчика, на теле которого нашлись все нужные татуировки.

И что же пятнадцатилетняя девчонка, перед которой хитрый советник склонил голову и просил наказать его? Ведь он не мог вынести, что его служение Бездне лишило жизни его брата…

Дайю дала на миг слабину, позволив себе ненавидеть Хранителей Храма. И позволив себе возненавидеть даже древнего Хморока… Этого мгновения слабости хватило, чтобы её мыслями завладела Бездна.