Я обернулся. Меченый только-только что-то пригубил и отбросил пустую склянку.
Твою ж… Бездну! Судя по тому, какие волны деформации прокатились по телу бросса, я имел счастье наблюдать какое-то новое достижение в Магии Чумы. И тот тёмный яд, который только что выпил меченый, как-то по-особому взаимодействовал с огненной бросской кровью…
Потому что сгорбившийся, увеличивающийся в размерах бросс вдруг выдохнул пламя. Он тяжело опустился передними руками на камни, и эти руки тут же стали увеличиваться, обрастая шипами и когтями.
Голова деформировалась, превращаясь во что-то среднее между упырём и псом, в огнедышащей пасти выросли клыки… Задние лапы тоже обзавелись когтями, а на внушительном горбе тоже выросли огромные шипы, напоминающие торчащие вперёд огромные рога.
— А ты красавчик, — только и буркнул я, отступая на шаг.
— Ты… аргх… думал, что я… арр… боюсь… архг!.. ка-а-аргх!!! — обращаясь, меченый пытался донести до меня что-то очень важное, но изменённое горло уже не было способно к человеческой речи.
Поэтому монструозный упырь в конце просто что-то прохрипел и прогавкал, мотая для важности головой и ударяя передними лапами по земле. Гав-гав-гав да ры-ры-ры…
— В общем, я всё понял, — серьёзно кивнул я и изо всех сил махнул Губителем.
Я вложил в «клинок ветра» больше мощи, чем обычно, но монстр прикрылся передними лапами. Брызнули капли крови, обломалась пара шипов, и упыря даже протащило пару шагов… Но и всё.
Убрав лапу, он довольно оскалился, глядя на меня горящими красными глазами, и выдохнул пламя, смешанное с Тьмой. В этот момент я понял, что битва с ним не будет лёгкой прогулкой…
Ух, смердящий свет! Надо сказать, я был впечатлён… Пока убегал от твари, преследующей меня по пятам, я действительно был впечатлён.
Вот он, венец творения тёмного алхимика. Яд упыря, который может действовать и на бросса… На бросса, чья кровь должна обязательно сжечь Тьму, но не сжигает.
Вот как раз в этом моменте у меня были большие сомнения насчёт жизнеспособности этого чудовища, но реальность была такова, что оно неслось за мной, и моя магия его не брала.
Огонь? Я полыхнул в него лютым пламенем, но когда заметил, что твари это совершенно нипочём, решил не тратить силы. Упырю так даже было удобнее — он чуть меня не достал, атаковав из-за моей же пламенной завесы.
Цербер? Кутеню я запретил приближаться, потому что с клыков меченого стекала подозрительно тёмная слюна.
Ну да и ладно — у меня был Губитель, который после каждого броска снова появлялся в моей руке. И у меня был «клинок ветра», который всё-таки отталкивал тварь и заставлял прикрываться передними лапами.