Когда лошади тронулись с места, унося в экипаже злобного дядюшку, Джарвис произнес:

– Теперь и нам пора.

– Слава богу, – не удержалась я.

Морвил посмотрел на меня и спросил:

– Вы устали?

Я решила не жеманничать. Все же я не леди и привыкла говорить прямо. Подслушать нас было некому: большая часть гостей уже покинули особняк герцогини, и я решительно ответила:

– Завтра мне будет больно ходить. В этих туфлях, – я удержалась, чтобы не приподнять подол пышного платья, демонстрируя нанимателю обувь, – очень тесно. Я натерла мозоли.

– Вот как? – хмыкнул Джаврис. – Ну потерпите, Эдит, скоро сядем в экипаж, и там вы сможете снять надоевшие туфли.

– Скорее бы, – прошептала я и, стараясь не хромать, медленно вместе с Морвилом к герцогине Фицалан.

Почтенная дама стояла под руку со своим родственником королевских кровей. Его высочество, к слову, тоже пытавшийся меня несколько раз пригласить на кадрили и даже на вальс, смотрел надменно и чуть обижено.

– Благодарим за чудесный бал, – отпустив меня, Джарвис взял руку герцогини и прижался к ней губами. – Все было просто великолепно, – добавил он, распрямив спину.

– Я рада, что вы присутствовали на моем приеме, – тут же ответила женщина и улыбнулась, – ваша чудесная пара украсила этот вечер.

Обменявшись любезностями, мы раскланялись и, наконец—то, вышли из зала.

Едва оказавшись вне поля зрения хозяйки дома, я сдавленно охнула и захромала, мысленно проклиная моду и туфли, которые следовало прежде разносить, а уж затем в них танцевать.

– Миледи? С вами все в порядке? – миссис Харт ожидала нас в холле. Она с тревогой взглянула на меня, видимо, опасаясь, что дело в лорде Пембелтоне, а затем, когда я объяснила ей истинную причину, облегченно вздохнула и позвала слуг, велев подать одежду.

– Сейчас сядем в экипаж и снимите обувь, – проговорила Энн и поспешила вперед.

Вздохнув, я шагнула было за компаньонкой, когда Джарвис остановил меня, а затем с легкостью, словно я ничегошеньки не весила, подхватил меня на руки и вынес из дома, прижимая к груди.

– Милорд! – ахнула я. – Я вполне в состоянии сама…

– Молчите уже, – бросил он с усмешкой.

– Что о нас подумают? – прошептала, заметив, какими глазами на проделку лорда Морвила смотрит лакей герцогини, закрывавший за нами дверь.

– Вы моя невеста. У нас скоро свадьба. Никто ничего не подумает, – ответил мужчина и я перестала спорить, вспомнив, что сейчас речь идет не о моей репутации, а о репутации настоящей леди Пембелтон. Возможно, Морвилу виднее, что и как делать. Кто я, чтобы спорить? Но, главное, почему руки Джарвиса кажутся такими теплыми, сильными и надежными?