— Вижу! Сколько их? Прихлопнут нас в минуту!

— Но и мы им врежем!

— Ты кто? — окрысился сержант.

— Механик… — растерялся Коля.

— А я наводчик. Наше дело в танке воевать. Будь у нас «БТ», мы бы им загнули курду. До Берлина бы драпали! А так… — он махнул рукой. — Все, мужики, стоп машина! На сегодня хватит. Ночуем!

Мы отогнали мотоцикл глубже в лес, где расположились на бивак. Я отправился на поиски хвороста, рыжий ушел на разведку окрестностей. Коля сбегал к недалекому озерцу и вернулся с брезентовым ведром, полным воды. Вода отдавала болотом. Ведро, как и котелок, мы обнаружили в коляске мотоцикла. Было там еще кое-что. Я быстренько соорудил очаг, подвесив над огнем котелок. Когда вода закипела, высыпал в нее коричневый порошок из бумажного пакетика. Аромат свежесваренного кофе поплыл в вечернем воздухе.

— Как вы эту гадость пьете? — вздохнул Коля. — Я бы лучше компот. У нас в деревне даже чай не пили — дорого…

Я не ответил, и Коля принял это за сигнал к действию. Достал из коляски консервы — те, что дал нам повар, и буханку черного хлеба — осталась от убитых немцев. Немецкие штыки имелись, банки были вскрыты и зашипели маслом на горячих углях. За этим занятием и застал нас вернувшийся сержант.

— Запах от вас — за версту! — покрутил он головой. — Найдут, как мы повара.

— Немцы близко? — насторожился мехвод.

Рыжий покачал головой. Затем положил винтовку и присел.

— Зачем консервы открыли? Жрали же недавно!

Вот, русский жлоб! Его это консервы? Раз лейтенант не возражает, тебе дело?

— Ужин у бойца — третье по важности событие после обеда и завтрака, — пробурчал Климович, запихивая в рот кусок хлеба с горячими сардинами. — Вкусно! — заметил, прожевав. — Наверное, и вправду французские…

— Наших видел? — спросил я сержанта.

— Нет. Стреляют на востоке и у Бреста — сами слышите, но рядом боев нет. В километре отсюда деревенька, там тихо.

— Это хорошо, — после сегодняшних приключений ноги гудели и мысли путались. — Может и получится проскочить в Кобрин.

Перед уходом рыжий показал мне карту, я знал наш маршрут.

— Какой Кобрин? — встрепенулся Коля. — Завтра наши подойдут, мы этих гадов поганой метлой… Я вам, товарищи, удивляюсь. В Брест надо. Там завтра все штабы! А мы как дезертиры…

— Для дезертиров мы неплохо воевали! — хмыкнул сержант.

— Все равно неправильно, — настаивал Климович. — Идем вглубь своей территории, значит, отступаем. А за это…

— Не волнуйся, боец, не накажут. Нас, по крайней мере, — успокоил сержант. — Ты о танковых клиньях и блицкриге слышал?

Коля покачал головой.

— У немцев тактика такая — танками рассекать линию обороны и коммуникации со связью рушить. Видал, по дорогам катят? Не отойдем к Кобрину, окажемся в окружении.