— Освоился? — спросила спутница, заметившая, вероятно, что он расслабился.

— Более ли менее, — ответил архонт, испытывавший некоторое нерациональное смущение из-за своей несостоятельности, как всадника.

Река практически не виляла и постепенно становилась шире, но не настолько, чтобы успокоить течение. По обоим берегам все так же росла узкая полоса зелени с редкими сухими кустарниками, а дальше все та же суховатая степь, хотя в ней уже начали встречаться зеленые пятна. Похоже, они двигались в более плодородные земли, и, вероятно, в более обжитые.

— Чем занимается твой народ, Эрджел?

Она чуть повернулась.

— О чем ты?

— Ты сказала, что вы выращиваете зерновые. А помимо этого? Откуда берете ткани? Сами куете железо? Как строите дома? Торгуете с соседями?

Девушка рассмеялась:

— Ты задаешь вопрос, на который нельзя просто ответить. Нужно рассказывать.

— Расскажи. Нужно же мне знать, когда я защищаю.

— Вот как… — она задумалась. — Нас кормит Макатри, Делаин. Ее дары мы едим. Из ее даров мы делаем одежду. Из ее даров куем оружие, стоим дома. Ее дарами торгуем с соседями. Это…

Девушка замолчала, обдумывая ответ. Архонт решил ее не торопить.

— Наши крестьяне обрабатывают землю, вкладывают в нее свои труды.

Само слова «крестьяне» имело несколько не тот смысл, который мог бы в него вложить человек. Они, «крестьяне», не просто обрабатывали землю. Они, по местным понятиям, проводили ритуал передачи своих сил земле. Никакой магии здесь не было, скорее чисто религиозный символизм. Архонт понимал эти тонкости, потому что интуитивно понимал язык. Ему вложили не просто переводчик, а настоящее интуитивное знание, и это вызывало новые вопросы.

— Кроме еды мы выращиваем деревья тегивиры, в корнях которых живут теги, а у них мы собираем волокно. Из этого волокна мы делаем одежду.

— Вроде той, которая на тебе? — спросил Делаин.

Эрджел отрицательно покачала головой, отчего ее длинные уши едва не достали до его лица, поскольку сейчас она не носила капюшона:

— Нет. Эта одежда была куплена. Она теплая, для походов по степи. Мы делаем такую из льна и шерсти даргатов. Но она грубая, поэтому я взяла эту.

Лен, естественно, имел другое название, но в этот раз сработал «перевод», потому что растение было тем же.

— Кузнецы-оружейники есть только в столице, — продолжила рассказ Эрджел. — А дома… Дома мы строим, как и все. Деревья везут со склонов гор, с камнем проще, он встречается чаще. Я бы показала тебе столицу — там красиво.

Архонт улыбнулся:

— Я думал, что жрицы умеют рассказывать вдохновенно, чтобы люди, внемлющие им, проникались мудростью.