— Ну, — наконец, ответила Рекс, — Ты вроде научился не вываливаться из седла на бегу. Большой прогресс для пары дней, архонт.

Калахар кивнул:

— Спасибо за столь высокую оценку, — с сарказмом ответил он. — Прости, что перебил. Так что там дальше было с Расхе и ее кланом?

Немного повеселевшая расхатка продолжила:

— Дальше… В старой земле наши предки занимались, в основном, охотой, но здешние места были не такими богатыми на дичь. Поэтому Расхе, завоевавшая пару местных народов, обратилась к богам за мудростью. Ответом ей стали… Да, искары. Но, чтобы пасти стада, нужна была земля, а Расхе была уже не молода, и вести завоевания сама не могла. Тогда она назвала себя Царицей и села постоянным лагерем в разрушенном ей же городе.

Калахар понял, что слово «Царица» на языке, на котором говорила Рекс является буквальным производным от чьего-то имени, точно так же, как слово «Царь» является буквальным производным от имени «Цезарь», или слово «Король» от имени «Карл». Откуда у него было это понимание, архонт не знал, но, вероятно, оно было часть вложенного в него знания языка.

— Это было мудрое решение, определившее жизнь нашего народа. Дочери Расхи, Воительницы, возглавившие свои стяги, пасли стада, воевали с соседями. А постоянный лагерь, снова ставший городом, зажил новой жизнью. Стало писаться и переписываться больше летописей, мы перестали использовать переносные кузни, закрепившись на одном месте. Расха, став Царицей, прожила два десятка лет, отдав право лучшей из воительниц, потому что только воин может иметь право на трон в Первом Городе. Второй царицей стала Бьяра, еще молодая воительница, но уже готова осесть на месте, променяв вечную свободную охоту на городские стены. Она, пока вела стяг, узнала о железном карьере на нашей земле, и повелела другим воительницам приводить туда рабов, чтобы у нас было много металла. А еще повелела создать второй постоянный лагерь, в новом месте. Первый город и так уже разросся, а Бьяра хотела, чтобы шкуры обрабатывались так же сидящими на земле мастерами, а не в походах. Так возник Второй Город, и там не только делали шкуры, но еще вили веревки, а после рядом нашли соль. Что еще рассказать? — просила Рекс скорее сама у себя, — Я не очень слушала матерей, всегда была уверена, что буду до смерти гулять на вечной охоте, зачем мне эти истории?

Возникла пауза и Калахар воспользовался ей, чтобы узнать то, что он не понял:

— А кого ты называешь матерями?

— Старых воительниц, — ответила расхатка. — Воительницы, не только те, что ведут стяги, как я, но и младшие… Декала, предыдущая царица, повелела называть ведущих стяги лидерами, а всех остальных — воительницами, но это не приживается. В стяги и так каждый знает — кто что делает. А если меня ранят, то другие воительницы тоже знают… Знали…