Я опять ложусь рядом с ними и зажмуриваюсь, автоматически успокаивая Каана. Не хочу никого будить и прерывать такой идеальный момент. Он словно часть из какой-то нереальной жизни.
От картины, которая только что пронеслась перед глазами, сжимается сердце. Становится невыносимо больно от несправедливости. Дышать трудно.
Ведь все могло быть именно так…Мы могли так же проснуться в своем доме. Одной большой дружной семьей. Проводить вместе каждый день. Встречать рассветы.
На глазах скапливаются слезы. Я автоматически крепко обнимаю Каана, прижимая еще ближе, словно хочу так заглушить всю боль, что рвется наружу.
Все мое былое спокойствие рушится.
Я всегда хотела иметь большую семью. Грезила мечтами о том единственном. Верила в пресловутое «Жили долго и счастливо».
А получилось иначе…
Альпарслан
Чувствую на себе взгляд Дарины. Слышу ее дыхание, но открыть глаза не решаюсь. Уверен, что она думает о том же, о чем думал я несколько часов назад, когда ложился в кровать рядом с ней. Все матерился в свой адрес, называл себя ублюдком, который с легкостью смог потерять свою семью.
Будь у меня нормально соображающая голова, я бы, наверное, нашел выход из той ситуации, в которой собственноручно оказался и от которой до сих пор не отмылся.
Только сейчас я смотрю на это под другим углом и корю себя за совершенные ошибки. Все пошло бы по плану, если бы я доверился нужным людям, а не Руслану, который сыграл немалую роль в том, что Дарина покинула город. Хотя с себя ответственности не снимаю. Как говорится, хотел как лучше, получилось как всегда. Вина во всем произошедшем с Дариной гложет и с каждым днем становится сильнее. Мне сложно справляться с эмоциями, которые захватывают меня при виде нее. Я понимаю, что не заслуживаю и шанса быть рядом с ней после случившегося.
Возможно, и к лучшему, что она решила уехать. Потому что я боялся потерять Дарину больше всего на свете… Тогда все угрозы сыпались именно на нее. Она была моим слабым местом. Той, из-за кого я мог бы согласиться на любые условия, лишь бы ее не тронули. Ее так называемый побег в каком-то смысле немного облегчил мне задачу. Пусть я знал, где она живет, а жила она именно в моей квартире… Пусть я знал, где она работает, а работала она тоже в моем офисе… Пусть я многое о ней знал, но не мог связаться. Это было небезопасно. А рисковать я ею не мог, тем более после того, как узнал о ее беременности. А спустя время и о сыне, к которому так стремился, но, черт возьми, не мог рисковать… Еле сдерживался, чтобы не сорваться с места и не полететь к ним…