Картина умиляет.
Отец и сын…
На языке появляется горечь. Меня трясет от несправедливости и разочарования. Все это могло быть вместе…
Я стряхиваю морок, когда перед глазами вновь начинают появляться картинки из прошлого, и останавливаю порыв Альпа побыть с нами еще немного.
– Можешь идти, – говорю жестко. – Дальше я сама.
Альп нехотя кивает.
– Кстати, здесь есть домработница. Она сама разложит ваши вещи по шкафам. Так что об этом не беспокойся. И если нужна будет помощь – зови, – бросает он перед уходом, и, поцеловав сына в лобик, покидает детскую, оставляя меня в смешанных чувствах.
Уложив Каана, я иду в свою комнату, которая находится напротив детской. Начинаю осматриваться. Открываю шкафы, проверяю ванную, а садясь за стол, предназначенный для макияжа и прочих женских дел, в одном из ящиков нахожу нечто странное… До жути знакомое. То, отчего мне становится катастрофически тяжело дышать.
Не может быть…
Дрожащими руками я вытаскиваю маленькие коробочки и открываю их. Одну за другой. Перед глазами плывет, а гулкий стук сердца становится отчетливей. Он отзывается и в ушах.
– Как такое может быть? – Я неверяще кручу головой, задыхаясь от переполняющих меня эмоций.
Потому что внутри лежат мои ювелирные украшения. Из золота, серебра и бриллиантов. Те самые, которые когда-то я продала. Все. До единого.
– Фильм будем смотреть. Интересный такой…
Я включаю комп и ищу тот самый короткий видеоролик, который предоставил мне адвокат ранним утром. Специально не стал показывать на телефоне, чтобы все можно было увидеть крупным планом, дабы отец Дарины не сомневался, что разговаривает именно Давид. Что каждое признание – его собственное.
Нажав на запуск, поворачиваю ноутбук экраном к нему. Сам же наблюдаю за его реакцией. Да, я понимаю, что он болен, и, честно говоря, не горю желанием находиться здесь и показывать истинное лицо его сына. Но другого выхода мне не оставили.
Наследство, деньги этого человека ни мне, ни Дарине даром не сдались. Однако я хочу, чтобы дядя Юсуп убедился, что его дочь вообще не при делах. Ничего плохого она не делала. Я неоднократно говорил это и пытался доказать, но каждый раз Давид сочинял очередную сказку, в результате чего никто мне не верил. Ну и ладно. Как говорится, все тайное рано или поздно становится явным. Время расставляет все на свои места.
Думаю, хотя бы перед смертью этот человек должен узнать, какой зверь его сын. И да, возможно, отцу Дарины сегодня станет плохо. Я подготовился к любому исходу. Врачи уже стоят у двери палаты и ждут моего знака на случай, если вдруг что-то пойдет не так.