Вдова вновь замолчала. Я видел, как она раздумывает, что можно говорить этому щеголю, а чего нет. Не запустит ли она своими словами новую цепь событий, которые сделают жизнь ее семьи еще более сложной? Она хотела довериться хоть кому-нибудь, но боялась сделать это.

Женщина пристально посмотрела на Яо, затем перевела взгляд на меня. Не знаю, что она там увидела, но кивнула чему-то своему и выпалила на одном дыхании:

— Ему предложили снять блок «Нового пути». А затем, после того как дар откроется полностью, — новую работу. Не в империи.

Сказала и со смесью страха и вызова посмотрела на детектива. Тот ответил ей взглядом, лишенным всяких эмоций, лишь кивнул, принимая ответ.

— Давно это произошло?

— Две недели назад.

— Вы видели тех людей, которые сделали вашему мужу это предложение?

— Нет, я знаю о них только с его слов. Он рассказал мне об этом, и, посоветовавшись, мы решили ответить согласием. Цзяну, — она пригладила волосы по-прежнему обнимающего ее мальчишки, — через год должны ставить блок. Мы могли этого избежать…

Ага, смирились ваны, как же! Спят и видят, как сбросить оковы «Нового пути»! Даже готовы принять предложение от неизвестно кого и бежать из страны. Не все так гладко в империи, как говорили Лунь и Снегирев. Не революционные настроения, конечно, но ваны недовольны. Понимает ли это император и его наследник? Понимали ли это чиновники «Нового пути»?

— Получилось?

— Да! Юйсян стал чувствовать все аспекты дара! Он еще не мог ими управлять, но это уже было делом практики! Он говорил, что люди, которые с ним работали, хотят, чтобы он обрел полный контроль над даром, прежде чем уезжать из империи. Это неудивительно — ведь они предлагали ему службу, где требовался полноценный ван, а не его обрубок!

— Где ему предлагали работу?

— В Европе. Я точно не знаю, Юйсян, как мне кажется, и сам не понимал, но работа как раз была связана с исследованиями дара.

— А потом он сорвался? Этому предшествовали какие-то еще события?

— Нет! Никаких срывов! Он был таким же, как и всегда, до самого… того дня.

Вдова Фэн уткнулась в лицо руками и беззвучно расплакалась — только плечи вздрагивали. Младший ребенок обнял мать еще крепче, а его старшие братья сорвались с дивана и бросились к столу. Средний тоже обхватил плечи женщины руками, а старший мальчуган стал напротив Яо, поклонился и, старательно копируя взрослые интонации, произнес:

— Прошу вас покинуть наш дом, синьшэн!

Детектив поднялся и поклонился мальчишке как равному. Как старшему мужчине в семье.

— Лао Фэн, прошу простить меня за слезы вашей матери. Мы уходим. И постараемся отвести бедствия от вашего рода.