Сложилось. Все окончательно сложилось. Действия епископа Франко вступили в ту фазу, когда обратить их становится практически невозможно. Да и нужно ли? Ведь второй по значимости иерарх Церкви делает это на благо всему миру. Может ли он ошибаться? Говорит ли ему его пророк о своих видениях? Принимает ли тот их в расчет?

— Не князьям мирским служит сердце мое. Не даров их взыщет душа моя. Господу одному подчинено сердце мое. Дар Его уже в душе моей.

Строки из трактата человека, жившего семь сотен лет назад и носящего такое же имя, Экхарт-я произнес без пыла и рвения. Просто перебрал обкатанные постоянным повторением слова, как камни четок, отполированные частыми прикосновениями. И кивнул — все верно. Не князьям. Не иерархам. Господу, и только ему.

Пусть владыки Церкви строят планы, опираясь на дар подобных мне. Пусть плетут интриги, забыв истинное предназначение пастырей. Пусть возводят пророков, сделавшихся марионетками, на Святой престол, давно уже утративший последнюю святость. Мне эти игры неинтересны. Ибо предсказуемы и примитивны. Я знаю, что надлежит сделать. И сделаю.

Разрушив последние сомнения, я поднялся. Нажал на кнопку подле двери и спустя минуту протягивал для поцелуя руку брату-иезуиту. Невысокому и хрупкому, но полному внутренней силы и с горящими верой глазами. Верному сторожу, никогда не спящему псу. Преданному лишь одному человеку — мне. Экхарту. Который сделал его таким. И ушло на это четыре года.

— Ты отправишься на восток, Стефан. Ты найдешь одного человека. — Мой голос хрипл, как всегда бывает, когда говорит человек, предпочитающий молчать.

— Да, пророк. Кто он?

— Наш брат. Ты получишь все сведения о нем часом позже, — говорю я. Их я еще сам не знаю. Нужно покопаться в файлах, найти пересекающиеся линии. Пока есть только лицо. И еще знание, что у него странные фиолетовые пульсары.

— Хорошо. Что надлежит сделать с этим человеком?

— Убить. И сделать это так, чтобы вина пала на язычников.

Иезуит склонил голову. Ни капли сомнения, ни крохи интереса. Пророк повелел — он сделает. Это его служение.

— Как скоро я отправляюсь?

— Сегодня. Как только я соберу для тебя все сведения.

— Ждать ли вмешательства?

Экхарт-я задумался. Точнее, прикрыв глаза, перебирал видения. И найдя нужное, кивнул. В этот момент самолет попал в воздушную яму, и меня-Экхарта слегка тряхнуло.

— Это возможно. В этот узел сходится множество нитей. Я подготовлю для тебя имена и ключевые места.

— Что надлежит делать с теми, кто может помешать?

— Старайся не увеличивать количество жертв сверх необходимого. Сейчас ступай и соберись в путь.