— Единицы. Их очень мало и с каждым годом становится все меньше. Этот — из последних.

Его семья была убита, вспомнил я образы с нити гуойбина — буду его теперь так называть. И скорее всего, убита чиновниками «Нового пути», а он выжил и отомстил. Вот почему он с Потрошителями. Хотя какая разница почему! Жалости к этому краснокнижному зверю я не испытывал.

— Ладно, здание — то самое, с камерами мы ничего сделать не сможем, внутри нас ждет сильный маг и еще непонятно кто, — проговорил я, оглядывая свою команду. — Есть идеи, как в кратчайшие сроки организовать разведку, чтобы не тащиться на склад вслепую?

Примерно с минуту все молчали, затем заговорил Тедань. С сомнением.

— Вроде у кого-то из местных родич работал в порту.

Местными он называл всех маньчжуров, живших на территории империи.

— Я позвоню старшему брату, — кивнула его сестра и, набирая номер, вышла из комнаты.

А старшим братом, это я уже тоже знал, именовался глава местной диаспоры. Подхватили у китайцев в старые времена и продолжили пользоваться термином, уже обретя независимость.

Яо о чем-то задумался. Перестал качаться на носках и погрузился в себя. Эта его неподвижность мой взгляд и приковала.

— Какие мысли?

— Есть человек, который может подойти незамеченным и осмотреться.

— Кто?

— Театрал. Какая разница? Берет довольно дорого, но ведь в средствах вы не стеснены?

— Нет. В разумных, конечно, пределах! Погодите, Яо! Театрал?

— Акробат. Он сможет это сделать. Я звоню ему?

Цирк! А что делать?

— Звоните!

В течение следующего получаса мы выяснили, что маньчжурская диаспора нам никак помочь не сможет — на высоких должностях в порту никто не работал, а разнорабочие с грузчиками организовать скрытное наблюдение за складом не могли. Зато знакомец копьеносца занят не был. Он согласился прогуляться до склада и осмотреть территорию. Яо был прав — запросил он много. На мой взгляд, неприлично много! Но если он даст результат, то и черт с ними, с деньгами.

Еще полтора часа мы проторчали в машинах у въезда в порт. Дергались как ужаленные каждый раз, когда кто-нибудь из рабочих проходил мимо. Портовый район не спал и ночью, хотя активность сейчас, по словам копьеносца, была куда ниже, чем днем. Порт походил на живое существо. Залитый светом прожекторов, шумный, воняющий рыбой, машинным маслом, специями и выхлопными газами грузовиков, он гудел и лязгал железом кран-балок, перемещающих контейнеры с грузом из трюмов кораблей на землю, рычал двигателями большегрузов, перекрикивался голосами сотен людей. Он рулил десятком крошечных погрузчиков, перемигивался с кораблями и ругался громкоговорителями. Полная луна, висевшая у нас над головами, воспринималась как огромный и внимательно следящий за суматохой глаз чудовища.