— Мы тоже ждём, — сказала я мягко, с тем же оттенком в голосе, что и у неё. — После такого вечера я уверена, что всё пройдёт... великолепно .
Стаэл посмотрел с одобрением во взглядет. — Да, дорогая, — сказал он, подыгрывая. — Думаю, этот тур действительно запомнится всем.
Силия чуть прищурилась. — О, не сомневаюсь. У вас, Катя, редкий дар превращать простое присутствие в событие.
— Это просто хорошая совместимость, — ответила я с улыбкой. — Мне очень повезло с мужем.
Она едва заметно кивнула, но уголки её губ дрогнули. — Что ж, — сказала она, — увидимся позже. Постарайтесь отдохнуть...
— Не сомневайся, — ответил Стаэл с ледяной вежливостью, а когда она отошла, добавил негромко, только для меня: — И всё-таки ты играешь в эту игру лучше, чем я, Катя.
— Я не позволю ей испортить тебе настроение, — усмехнулась я.
Когда мы вернулись в отведённую нам комнату, дверь мягко закрылась за спиной, оставив снаружи все взгляды, шёпоты и напряжение дня. Внутри царила приятная тишина, и только закатное солнце просачивалось сквозь полупрозрачные шторы, заливая комнату мягким золотым светом.
Стаэл снял сюртук, оставшись в белой рубашке, и выглядел на редкость спокойно. Не таким ледяным, как обычно. — Какой чудесный день, — сказала я, рухнув на диван и скинув туфли. — Я официально устала притворяться счастливой женой.
Он рассмеялся тихо, низко, и этот смех, глухой и бархатный, прокатился по комнате. — Странно слышать это после того, как ты заставила Силию едва не подавиться воздухом, — заметил он. — Я бы сказал, ты превзошла саму себя.
— Спасибо, — фыркнула я. — Но я делала это не ради неё. — Ради кого же? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Ради справедливости, — заявила я, и он снова рассмеялся.
Он подошёл ближе, взял мою ладонь и поднёс к губам, как будто просто проверяя, не возражаю ли я против его прикосновений. Я не возражала.
Некоторое время мы просто сидели рядом, не говоря ни слова. Он лениво перебирал мои пальцы, а я смотрела, как последние лучи солнца скользят по его волосам. В этой тишине было что-то опасно уютное. Что-то такое, что я не хотела разрушать.
— Хочешь немного отдохнуть перед ужином? — спросил он наконец. — Хочу, — пробормотала я, закрывая глаза. — Но если я лягу, можешь не рассчитывать, что я встану.
— Я помогу тебе встать, — сказал он, и, прежде чем я успела возразить перебазировал меня на кровать и лёг рядом.
Я повернулась к нему лицом, чувствуя тепло его тела, его дыхание где-то у моего виска. Он осторожно убрал прядь волос с моего лица, и этот жест был таким нежным, что внутри всё предательски сжалось.