Темная пыль осыпалась на ковер, оставив в душе девушки странное ощущение пустоты. Было жаль, что цветок не остался с ней дольше. Хотя бы на чуть-чуть…
Прошла неделя, в течении которой молодая княгиня оказалась предоставлена сама себе. За все это время Дариэн Астард не появился в особняке ни разу.
Эленика была только «за». Темная свита продолжала жить под ее крышей, впрочем, доставляя не так уж и много проблем. Каждый вечер они устраивали небольшой пир в главной зале и ложились спать под самое утро. Потом большую часть дня их было не слышно и не видно. Удобные гости, если не считать того, что все эти застолья влетали княгине Порядка в кругленькую сумму.
Светлые лорды и леди успели привыкнуть к «веселым оккупантам» и многие из них даже начали отзываться о врагах довольно тепло. Мол: «Никто не виноват, что мы — по разные стороны баррикад, но стоит признать, что они — отличные собеседники». Или еще: «Элли, клянусь, эти темные пьют не хуже светлых!»
Но, несомненно, оставались и те, кого ситуация продолжала резко напрягать. Некоторые светлые лорды сбивались в группы, продолжая люто ненавидеть «проклятых захватчиков, нагло жрущих их хлеб и попирающих ногами их земли». Они даже подумывали среди ночи вырезать всех темных, пока они пьяны и спят. И только конкретный приказ княгини останавливал возможное кровопролитие.
Сама Эленика старалась не вспоминать тот последний ужин с Дариэном Астардом. И не размышлять на тему того, почему сразу после него князь Хаоса исчез на целую неделю. Это его дело. И личное времяпрепровождение повелителя Кровавого заката ни в коей мере ее не волнует.
И у нее почти получалось. Княгиня Порядка смогла успешно вернуться к своим делам, которые теперь еще и возросли, когда призрачные поводья власти определенным образом вернулись к ней. Ведь Дариэн сделал ее наместницей Анвара и Палирии. Теперь она могла заниматься проблемами двух провинций почти как также, как если бы она была полновластной правительницей этих двух княжеств.
И дела шли не очень хорошо. Из-за мобилизации крестьян Леонарелом, людям становилось трудно. Они не могли платить налоги. Не могли прокормить сами себя. И без того скромная казна Порядка опустела.
Однако, даже полностью погруженная в заботы, то и дело княгиня вспоминала вопрос, прозвучавший из уст Дариэна и как молния разорвавший бескрайнее небо ее души:
«А что, если бы мы принадлежали одному народу?..»
Как ни старалась, она не могла перестать об этом думать.
Зачем он спросил её об этом? Зачем?..
Если бы Эленика была темной леди, все было бы иначе.