Впрочем, закончилось всё не так уж плохо: он за руку привёл меня в отдельное помещение (у нас в таких комнатах во дворце живут неженатые сотрудники и незамужние сотрудницы Секретариата: примерно сотня квадратный футов (ок. 10 кв.м. ), свой санузел, письменный стол, стул. У нас, правда, есть ещё холодильник и плитка (плюс набор посуды), но тут этого не было. Впрочем, спасибо и за это.
В качестве завершения беседы, насколько понимаю, старик открыл створку шкафа и указал мне на комплект одежды, чем-то похожий на какую-то униформу.
Это было кстати, поскольку моя одежда… гхм… пришла в негодность за время вынужденных «приключений». А новую взять было негде.
Я, конечно, буду искать варианты привести себя в порядок, но именно сейчас не представляю, как это сделать.
С одной стороны, необходимо срочно связаться с Главой Мажилиса и поставить его в известность обо всём происшедшем.
С другой стороны, меня внезапно осенило:а насколько вообще случайно происшедшее со мной?
И откуда у этого коптера были коды для пролёта над нашей территорией? …
В общем, лучше будет не пороть горячки и сделать, как говорит старик (вернее, показывает, усиленно кивая на кровать уже минуту): дождаться утра.
А с рассветом, с новыми силами, разобраться во всём капитально и основательно. Связавшись для начала с роднёй. С которой я, по некоторым семейным причинам, лишний раз старался не общаться; но сейчас и ситуация была из ряда вон.
Глава 3
Кролика Банни «любили все».
Ну, как любили. В «формировании общественного мнения» в Корпусе предсказуемо тон задавался исключительно четвёртым курсом, по вполне понятным иерархическим причинам (коим было столько же лет, сколько и любой Иерархии на этом свете).
На самом четвёртом же курсе, применительно к Корпусу, эта самая иерархия выглядела следующим образом: парни, будучи сильнее всех физически, нагибали всех остальных кадетов. А руководства к действиям, в свою очередь, они семь раз из десяти получали от девушек этого же четвёртого курса: во-первых, пубертатный возраст выводил… гхм… интимную близость (любой степени серьёзности) в разряд величин значимых.
Во-вторых, у женской части четвёртого курса, соответственно, на данное действо была естественная монополия: они были единственными женскими особями в Корпусе, у кого «возраст сексуального согласия» был не в перспективе, а уже пройденным этапом (если не считать воспитательниц и некоторых женщин-преподавателей, но их считать не стоит, бр-р-р).
Разумеется, в жизни всё обрастало массой нюансов и деталей, но в целом схема выглядела именно так: парни четвёртого курса всех «строят»; а вертят ими, по большому счёту, девчонки четвёртого курса.