— Вы что-то знаете? — удивляюсь. — И о чём вы сейчас?

— Только то, что невооружённым глазом видно со стороны, — хмыкает ата. — Всем вокруг. Странно, что вы сами не знаете. Сколько у вас народа с искрой на усреднённую тысячу населения? В среднем?

— Да кто их считал? — продолжаю удивляться. — На всё вола Аллаха. Сколько ни родилось, все наши.

— На Него надейся, а верблюда привязывай… Навскидку? — продолжает настаивать мой собеседник. — Ты же сам спросил, что мне известно… Это часть ответа на твой вопрос.

— Ну, вот в моей семье, на двадцать пять человек, десять искр. — Загибаю пальцы. — Вернее, не так, — поправляюсь. — Десять человек с развитыми искрами, которые используются в повседневной жизни. Но при этом у каждого одарённого может быть более одной искры. Вот у меня, например, их три с вариантом на четыре.

— А знаешь, сколько тут искр на тысячу населения? — ата безмятежно смотрит на меня. — Те же десять-двенадцать. Но не сдвоенных и не счетверённых, как у тебя. А всего д е с я т ь. На всю тысячу.

— Ничего себе, — присвистываю от удивления. — Никогда и не задумывался даже, не то что данных не собирал.

— Хуже, что твой отец не задумывался и данных не собирал, — ворчит старик. — Хотя это и не моё дело… А у кого самая маленькая плотность населения в мире?

— Зелёный Континент, это все знают, — пожимаю плечами.

— Спрошу иначе… На освоенных и пригодных к мелиорации либо выращиванию скота территориях, и желательно другие материки не трогать? Так у кого?

— Тогда мы, — говорю уверенно. — Но мы испокон веков кочуем по Степи, не одну тысячу лет. И воевать за неё приходилось не раз и не два, в течение всего срока.

— Сейчас не важно, как кому что досталось, — с досадой морщится старик. — Сейчас важно, что есть те, кому имущество соседа, как встарь, не даёт покоя.

— Да ну, — глумливо хмыкаю. — Вообще-то, ходить в набег — наша прерогатива. Была. Пятьсот лет назад…

— Вот потому ты сейчас тут, без трёх сотен монет в кармане, — серьёзно отвечает ата. — Что вы там как погрузились в свой традиционализм, так и перестали обращать внимание на окружающий мир. Особенно после того, как с ЖонгГуо скооперировались. А чем толще коровы в стаде, тем они интереснее волкам в голодный год.

— Никогда не думал с этой стороны, — признаю́сь. — Услышал вас, но пока не могу оценить: мало информации.

— Да не надо ничего оценивать, просто поживи тут с неделю, — досадует ата. — И почитай публицистику! Фундаментальное не может быть секретом. И концентрация капиталов внутри вашего Орла, на фоне самой низкой плотности населения, давно для всех подряд, как кусок мяса перед носом голодного алабая! Только вы ничего и не видите! Не видели, — поправляется он. — Как будто кроме кокпара ничем больше не занимались последнее время!